> крупный план
Нет, это уже ни в какие ворота. Так дойдет до того, что я начну лбом столбы на улицах сшибать. Или под машину попаду. Или под асфальтоукладчик, что вероятнее с моей нынешней тормознутостью.
Я слезла с подоконника, нашла свой сотовый на прикроватной тумбочке и набрала номер Доминика.
О, нет, дома я не останусь.
Доминик взял трубку после третьего гудка.
— Здравствуй, милая!
Ох-х-х… Этот голос…
— Как ты меня узнал?
— Это магия, детка!
«Хмм, ха-ха» в трубку. Блин. У него определитель номера. Ну что я за идиотка!
Через час меня уже хватали за задницу ручки с длинными алыми накладными ногтями, тискали за впалые щеки пухлые пальчики.
>ярко
>громко
>на крупных планах
Парикмахерши из салона для шикарных дам «Привет, Красотка!» скептически оценивали мой новый цвет волос и откутюрные шмотки. Короче, девочки были в своем репертуаре.
— Детка, что это на тебе? Это Шанель с блошиного рынка?
— О-о-о! Луи Вуитон! Мой брат торгует такими по двадцатке с машины!
— Милые мои, успокойтесь!
Ой, да! Из Доминика такой начальник! Конечно же, его все тут же послушались и угомонились.
— Подружка, будешь выбрасывать куртку — выбрось ее в мою сторону!
— Ты банк ограбила?
— Неа, она банкира ограбила! Бу-га-гашеньки!
Забавно было стоять среди всего этого птичьего базара и понимать, как я по всем соскучилась. Агентство Вэл со всеми этими чванными девицами, стилистами и парфюмерами ни в какое сравнение не шло с этими полоумными крикливыми особами из салона «Привет, Красотка!».
Но мне их не хватало. Тут не нужно было ходить по струнке, посещать спа и делать постную мину, изображая спасительницу планеты.
— Так, когда ты возвращаешься? — это была Донна. Донна с малиновыми волосами и пирсингом в губе и брови. Донна с мужем музыкантом, у которого вечно не было денег. — Смотри, девочка, а то Доминик возьмет кого-нибудь на твое место! Сама понимаешь, работа прибыльная!
Ага, это сарказм такой, я поняла.
Донна тут же получила по заднице от начальника. Следом за шлепком раздался всеобщий гогот. Вот такие они — девочки из салона «Привет, Красотка!».
— Ну, так, когда я возвращаюсь?
Мы сидели с Домом на диванчике между сушилкой для волос и автоматом с карамельками и попивали кофе со специями. Доминик готовит такой кофе — просто закачаешься. Лучше, чем во всем Сан-Франциско и Мемфисе вместе взятых.
— Все зависит только от того, насколько ты сама этого хочешь.
Ох, по-моему, тут он перемудрил. Конечно, я хочу вернуться! Мир гламура — это все-таки не мое. Да, мне нравились дорогие тряпки, но здесь, в «салоне для шикарных дам», я чувствовала себя уютно, а главное, в безопасности. Это как зарыться носом в бабушкину шаль. И плевать, что тут повсюду витал аромат дешевых духов, лака для волос и ногтей, гидроперита и шампуней. Все равно тут мне было хорошо.
Я даже не обращала внимания на бубнящий телевизор, на экране которого промелькнули фото двух девушек, наверное, выпускниц местного колледжа. Их кто-то разыскивал. Вероятно, родители… ну, что поделаешь, Сан-Франциско — хоть и не криминальная столица США, но придурков у нас хватает.
Это был настоящий выходной. Просто праздник какой-то! Я постригла одного из своих постоянных клиентов — Сеймура (он работал в баре официантом, хотя, при его внешности он бы мог зашибать огромные бабки в каком-нибудь престижном модельном агентстве, а у Вэл его бы просто с руками оторвали). Он пришел, ущипнул меня за задницу[1], чмокнул в щеку и оставил хорошие чаевые. Ничего и не хотел слышать о том, что я вроде как в отпуске.