— От кого ты сбежала?..
Я почувствовала движение воздуха возле уха. Этот тихий нежный голос… Девушка должна сразу взять и рассказать о себе все как на духу. Ему бы «хорошим полицейским» подрабатывать. Или плохим. Преступность ушла бы в минус по всей стране, его бы на гастроли в соседние государства приглашать начали.
Да, теперь вы знаете, что в моменты опасности я веду себя, как идиотка, а в голове моей не прекращается внутренний монолог…
— От жениха. Не сошлись характерами… Не хочу об этом говорить.
Он стоял на прежнем месте, у двери, откинувшись на стену, прикрыв глаза.
— Как ты оказалась тут?
— На лифте, — тьма уже положила свои лапы мне на плечи.
— Я не об этом, — он нетерпеливо застонал, так и не открыв глаз. — Как. Ты. Оказалась. Тут?
— А, это… Мои родители. У них возникли проблемы с бизнесом. Срочно понадобились деньги. Пришлось помогать…
— Ты всегда всем помогаешь? — из-под ресниц полыхнуло мутной зеленью. Но от стены так и не отошел.
— Не всегда. Только если это действительно необходимо. Я же не Чудо-Женщина. Я не могу спасти всех. Я это прекрасно понимаю, мы же не в кино…
Тьма высунула язык, и я слышала ее дыхание у себя на шее.
— А кого ты на этот раз спасала?
— Что?
Он поднял руку и прикоснулся к своему лбу. Хотя имел в виду мой.
— А… Это… Никого, просто упала.
— Как… — он сглотнул. — …Это случилось?
Ноздри затрепетали. Он чувствовал запах крови. Разумеется, даже через пластырь. Да, я просто подняла голову, чтобы сказать ему, что…
— Мистер Кейн…
— Беги…
Меня снес бешеный рапид.
Тьма накинулся на меня, как хищник набрасывается на свою жертву из темного леса.
Ступор длился ровно секунду. Вспышка адреналина. И я рванула в сторону. Все, что я успела заметить, это было его исказившееся лицо, клыки и светящиеся от голода глаза.
Меня гнал не страх. Я видела спасительную дверную ручку. Как в замедленном кино. Заперто! Почему я не удивлена?
Запасной ключ!
Я даже не успела приложить палец к панели. На меня напали сзади. И знаете что?
Мужики утверждают, что во время месячных женщины превращаются в фурий. Так вот. Они правы.
Я вцепилась в это прекрасное бледное лицо. Чтоб тебе пусто было, маникюрша Сирена, которая обрезала мне ногти, чтобы смотрелось аккуратнее!
Клыки и глаза! Я точно знала, что ему ничего не стоит свернуть мне шею, но он пытался схватить меня за руки. Или делал вид, что пытается.
На щеке остались глубокие борозды от моих ногтей. На щеке… Там, где обычно появлялись веснушки… Теперь веснушек не было. Была только серая, как бумага, кожа. И голодный взгляд вампира, который хочет не просто насытиться моей кровью, а хочет меня убить.
Он взвыл, как дикий зверь. Это боль, или часть твоей больной игры, мистер Кейн?
Одной рукой он схватил меня за запястья, а другой за горло. Крепко. О, да… Моя красивая, дорогая, бесполезная тревожная кнопка… Мои кандалы.
Я услышала треск платья на груди…
Прижатая к стене, практически обездвиженная. Мои ноги почти не касались земли, и холодное дыхание обжигало шею.
— М-м-м-м-м… Как сладко… Не сдавайся, продолжай, — тихий, нежный голос. Четыре глубокие борозды на щеке. Клянусь, он даже прикрыл глаза от удовольствия.
Ноздри его трепетали, вбирая мой запах. Он мурчал, как пума, почуявшая свежее мясо. Я поняла, что он себя не контролирует. А если и контролирует, то только где-то на задворках своего вампирского сознания. Все! Мне кранты.
Вот она — смерть моя с клыками и горящими глазами!
Вот он — харизматичный ублюдок во всей красе!
Я хрипела под его пальцами.