Я снова кивнула.
Я так и продолжала кивать, как китайский болванчик, потому что сказать-то мне было нечего.
— У него специфические запросы. В нашем городе он не так давно, и не первый раз обращается к нам за помощью. Но, к сожалению, все предыдущие девушки, которые работали с ним… — она поморщилась. — Не оправдали его надежд…
Она внимательно изучала мое лицо. Я старалась не дергаться.
Ну, пока она не сказала ничего такого, из-за чего мне бы захотелось прямо тут выйти в окно или убежать с воплями.
— Не буду тебя долго мучить… Скажем прямо, наш партнер предпочитает особую диету.
Здрасьте — приехали… Я не повар… Или она о другой диете?..
— Наш партнер просыпается довольно поздно, а проснувшись, предпочитает свежую кровь…
Тут я не выдержала. Разумеется, сначала я тупо взирала на нее с минуту, а потом загоготала как лошадь.
Пока я оглашала своим ржанием офис, Вэл внимательно смотрела на меня. Ни один мускул не дрогнул на ее холеном лице.
Она дождалась, пока мой смех затихнет.
— Нужно будет поправить тебе макияж. Тушь потекла, — как бы между прочим проронила она. И тут я поняла, что Вэл не шутит.
— В смысле? Я не про тушь, я про… Я про кровь… То есть он пьет кровь? Он… Да ну нафиг!..
Я откинулась в кресле и сложила руки на груди. Мне уже было параллельно, помну ли я шелковое платье от «Гальяно» или нет. Я закинула ногу на ногу в босоножках от «Джимми Чу».
Вэл молча взирала на меня, вероятно ожидая, когда пройдет моя истерика. Судя по тому, как она это делала, — это была не первая подобная истерика в ее кабинете.
— Вы хотите сказать, что он вампир? Или это прикол такой? Вы меня проверяете?
Я покачала каблуком.
— К сожалению, у нас нет времени на шутки и проверки. Ваша вчерашняя фотосессия очень впечатлила нашего партнера. И да, мы предпочитаем называть таких людей «партнеры с особыми запросами».
Она сцепила пальцы в замок.
— И сколько у вас таких… партнеров?
Лицо ее не изменилось. Даже идеально подведенные губы не дрогнули, чтобы дать ответ.
— Это не мое дело, верно? — до меня начало медленно доходить.
— Верно, — кивнула она.
— Значит… Вы хотите сказать… Что вот я сейчас поеду… И он меня… А… Я вернусь домой?
Давешняя тошнота подступила снова, когда я поняла, что она вовсе не настроена шутить.
— Наш партнер весьма ценит наши услуги, — абсолютно ледяным тоном. — А мы весьма трепетно относимся к безопасности наших сотрудников.
— Значит, вернусь… Хорошо, — меня внезапно осенило. — Значит, именно поэтому у меня брали кровь на анализ?
— И поэтому — тоже, — Валентина качнула головой.
— А-а-а-а. Ну… Ну и как там у меня… с кровью? — дурацкий вопрос, согласна. А может, мне просто было интересно.
— Все в норме, если не считать некоторых отклонений, которые легко поправимы регулярным питанием и отдыхом.
Она была похожа на доктора.
— Значит…
— Значит, нашего партнера вполне устраивает тот продукт, который мы готовы ему предоставить.
Продукт. Вот она и сказала это слово. Я продукт. Моя кровь — продукт. И моя кровь, судя по анализам, вполне устроит этого… вампира.
Нет, я не могла произнести это слово даже про себя. Бред какой-то. Во-первых — вампиров не существует…
Во-вторых, я ему не винная карта! «Шато такое-то, года такого-то! Отличный был урожай! Солнечное лето! Принесите бутылочку!»
Внутри меня все кипело. А с другой стороны… Чего я ожидала? Я — продукт.
— Ладно. Что я должна делать?.. И… Сколько мне заплатят?
Если честно, мне было все равно, если какой-то псих считает себя вампиром. Или оборотнем, или папой римским, или инопланетянином. Мне сейчас не это было важно. А психов я повидала много.