Я встала, отвернулась и побрела к выходу. Начинало темнеть, а домой мне идти не хотелось. Там было довольно тоскливо. И кроме горы стирки и коробок из-под доставки еды меня никто не ждал.
Поэтому я вяло плелась окольными путями до дома, размышляя о том, что, Тина знает номер моего сотового, а я не стюардесса, чтобы сидеть, как привязанная к городскому телефону, в ожидании вызова.
Вывернув из переулка, и пройдя один квартал, я дошла до кинотеатра, в котором еще никогда не была.
Вообще, это странно. Мне всегда казалось, что переезжая на новое место, как только ты идешь в кинотеатр рядом с домом – тебя уже можно официально считать местным жителем. Но переехав в Сан-Франциско я никогда не была в кино.
Я глянула на афишу и вздрогнула. «Сумерки».
Блестящий вампир с томным выражением неземного страдания на лице обнимал скромно потупившую взор девочку подростка.
Вдох…
Да что же это за издевательство такое? Видимо, еще какое-то время мне не получить ачивку местных жителей.
Выдох…
Дома я бросила ключи на столик, рухнула на кровать прямо в одежде и ткнула кнопку на пульте от телевизора. Если честно, на экран я даже не смотрела. Там мелькал какой-то процедурал. Профайлеры ловили очередного маньяка.[3]
Мне жутко хотелось есть, а это значит, что можно попробовать позвонить Клементине, и поинтересоваться, не хочет ли мистер Кейн накормить меня ужином заочно, например. Я протянула руку к телефону, и заметила мигающую лампочку на автоответчике.
Мне стало не по себе…
Сначала я долго тупила… Я смотрела на красный огонек, как будто первый раз в жизни увидела, как это работает. Потом дрожащим пальцем я все-таки нажала на кнопку.
— У вас четыре новых сообщения! — сообщил противный металлический голос.
Ладно… Послушаем, кому же я там так понадобилась.
— Сообщение первое! — дальше какой-то шум, а затем слегка знакомый голос: — Евангелина. Завтра в 12.00 за тобой заедет Леонард. Ты нужна в агентстве.
— Клементина, — это я сказала сама себе, понятно, что разговаривать с автоответчиком мне еще рановато.
— Сообщение второе! Евангелина. Если ты дома, возьми трубку, — это снова Клементина. Чего ей так приспичило-то, а?
— Сообщение третье! Ева, где тебя черти носят!? У тебя сотовый не отвечает! — это снова была Тина, но это уже было интересно — такое впечатление, что она шептала в трубку, закрывшись в кабинке навороченного туалета в конторе.
— Сообщение четвертое! Дорогая! Это мама! Как у тебя дела? Перезвони!
А вот этот звонок означал одно: «Деньги получили, когда будут еще?»
Жрать расхотелось…
Моторола в кармане за весь день не издала ни звука.
По одной единственной причине.
Видимо, в припадке утреннего психоза я отключила звук.
Все внутри упало.
Теперь, откинув крышку, я увидела восемь пропущенных звонкой, и три голосовых.
У меня екнуло сердце.
Дежавю.
Вдох-выдох.
Все они были от Тины.
«Настройки» - «звуки» - «сигнал вызова» - «со звуком» - «вкл».
Тут же тишину комнаты разрезала острая металлическая трель. Я чуть не запустила сотовым в стену с перепугу.
Вдох-выдох.
Я так с ума сойду…
«Би-и-и-и-и-ип!».
Боже, да кому ж так неймется-то?
— Внимательно!
— Ева?
Клементина, кто же еще.
— Ну?
— Ты где была?
Ну ни фига себе предъявы!
— Гуляла. Свежим воздухом дышала… Ну, мало ли…
— Мы тебя потеряли. Ты не отвечала ни по одному номеру. Мы не могли тебя найти.
— Может, чипируете меня? Ну, знаешь, как «потерялась собака»… Вшить маячок под кожу… Или как в Джеймсе Бонде, — зачем я это сказала?