И Джесс проснулась в кровати Дэвида, но их удивленные взгляды в этот момент уже не выражали никакого желания.
– Я всё помню, – начала она первой. – Это какое-то безумие! Ты … точно мне что-то подсыпаешь.
– Ага, а заодно и себе тоже, – раздраженно бросил Дэвид.
– Тогда может это кто-нибудь другой. Но ведь должно же быть этому хоть какое-нибудь объяснение!
– Оно происходит само собой! Это связь альфы и носителя. Если б я знал, что так будет – точно бы тебе что-нибудь подсыпал или взял силой! Лишь бы не переживать это снова и снова, – проворчал Дэвид, – Выметайся из моей постели!
– Я не знаю, где моя одежда! – зашипела Джесс.
– В душе.
– Тогда принеси мне её.
– Ага, разбежался! Сама иди, тебе не привыкать разгуливать голой!
Разъяренная Джесс вскочила на ноги, но он опередил её у двери:
– А знаешь, …стоит попробовать и без этого зомбированного кайфа, – он провёл рукой по её обнаженной спине, притягивая её к себе. – Пожалуй, я бы смог себя заставить, вдруг когда нас накроет в следующий раз это уже не будет выглядеть так безумно. Я не хочу быть от этого зависимым!
Джесс ощутила его возбуждение, раздвигающее ей ноги, но в отличие от него ей хотелось побыстрее скрыться подальше от срывающегося с катушек альфы.
– Отпусти меня! Отпусти, Дэвид! Может, и не нужно стараться? Может, …я уже …беременна? Дэвид, …отвези меня к Мине! Дэвид …
Но он её не слушал. Приподняв её до уровня своих бедёр, и прижав её к стене, Дэвид вошел в неё. Только в этот раз было всё иначе, сознательно, без пожирающего чувства жажды. Она видела его глаза, но по-другому, он целовал её, но снова же – иначе. Не спеша, словно исследуя, двигаясь в такт своему дыханию. Джесс поддавалась ему обняв его ногами, не в состоянии оторваться от этих серых глубоких глаз. Сейчас она ощущала, какое у него сильное тело, замечая, как меняется сосредоточенное выражение его лица при приближении оргазма. Джесс закричала, вцепившись ногтями ему в плечи, а Дэвид загасил своё удовлетворенное рычание, укусив её за шею. Джесс снова вскрикнула, но не от удовольствия, а от боли.
– Ты уберешься когда-нибудь из моей комнаты или нет? – выдохнул он, отпуская девушку.
– С огромной радостью!
– А что это ты в шарфике? – встретил он её, издевательской усмешкой, когда Джесс садилась с Вейном в машину. И пока Вейн заводил машину, Джесс сердито прошептала:
– Ты оставил мне жуткий засос на шее! Джим чуть дара речи не лишился, когда увидел меня на кухне. Это именно он раздобыл мне где-то этот чёртов безвкусный шарфик!
– Зато ты меня поцарапала!
– Что давно уже на тебе зажило! Ты сделал это специально! Он как раз позеленеет до моей встречи с Уэсом! – она села в машину, яростно хлопнув дверью.
– Хочешь дам тебе ещё один совет, дочка? – произнес по дороге Вейн. И Джесс чуть заметно побледнев, кротко кивнула.
– Не упоминай при Уэсе Дэвида, а при Дэвиде Уэса. По крайней мере сейчас.
– Когда у альфы брачный период?! – фыркнула она, тут же спохватившись, словно вспомнив что-то важное. – Вейн, …ты назвал меня …дочкой.
– Но ведь мы же семья, – он ответил так искренне, так просто, что Джесс не выдержала и разревелась, и весь остаток пути Вейн совал ей чистые салфетки.
Джесс не стремилась заводить дружбу с женщинами работающими с ней в цеху, но так уж вышло, что с одной из девушек у неё сложились довольно тёплые отношения. Её звали Лиз. При встрече улыбаясь, они обменивались приветствиями. Лиз стояла рядом с ней, и иногда смеялась вырывающимся словечкам у раздосадованной Джесс. Иногда она просто так помогала ей, и они болтали ни о чём.