Эту дорогу мне удалось запомнить. Мы почти все время шли прямо, лишь в самом конце повернули направо.
— Мне нужно по делам, а ты заходи, — женщина кивнула на стандартную для бункера металлическую дверь.
С этими словами она развернулась и ушла.
Я неуверенно потопталась у двери, отметила про себя, что на ней нет панели для ввода кода, и толкнула ее.
Визуально помещение напомнило мне обычный школьный класс. Парты в два ряда и преподавательский стол с меловой доской позади него. За партами сидели настороженные и, даже может, немного напуганные парни и девушки, одетые в ту же серую форму, что и я. Стол для учителя, в данном случае для инструктора, был пуст.
Обе передние парты были свободны и я села за ту, что была ко мне ближе. Затылком я чувствовала, как десяток глаз буравит меня. В этом бункере столько нервного напряжения, вряд-ли меня надолго хватит. Думаю, очередная моя истерика не за горами.
Дверь кабинета распахнулась, и в кабинет вошёл Данил.
Я была безумно счастлива его видеть. Хоть какое-то знакомое и доброжелательное лицо.
— Привет новобранцы, — парень прошел вдоль парт и уселся прямо на стол, — меня зовут Данил, и я ваш личный инструктор.
Глава 8.
Я с интересом уставилась на Данила. Ему, несмотря на то, что он был, скорее всего, моим ровесником, невероятно шёл образ преподавателя. Думаю, девчонки на задних партах со мной полностью согласны.
— Сначала я отвечу на ваши вопросы, а затем расскажу о правилах пребывания на базе и вашем распорядке дня, — он улыбнулся, — давайте смелее.
Парень с темно-русой шевелюрой густых волос и с татуировкой какого-то узора, выглядывающей из-под его футболки, сидевший позади меня, поднял руку.
Данил кивнул ему, чтобы тот спрашивал.
— Я не хочу здесь находиться. Когда я смогу уйти?
Наверное, он задал тот самый вопрос, что интересовал здесь абсолютно всех. Я сразу почувствовала, что ответ мне не понравится. Вряд ли Данил сейчас скажет, что мы вольны делать, что нам вздумается, и мы дружным отрядом под строевую песню отправимся по домам.
— Напомни, как тебя зовут? — наш куратор слез со стола и уселся, как положено — на стул.
— Степан.
— Скажи мне, Стёпа, а куда ты пойдешь?
— Домой, — парень усмехнулся.
— А ты думаешь, он у тебя ещё есть? — Данил прищурил глаза.
— Конечно, — парень немного помолчал, — а куда он мог подеваться?
— Значит так, мальчики и девочки. Все вы попали сюда благодаря нам. Благодаря подпольному сопротивлению алаестам. Или вы считаете, что во время рейда произошел волшебный сбой и наручники, которыми вас приковали во время выявления гена алае, отстегнулись сами? Нет! Это кропотливая работа наших программистов. Знаете, где бы вы сейчас были, если бы не мы? — Данил медленно обвел нас всех испытующим взглядом, — вас сейчас бы переправляли на одну из баз алаестов. Знаете, чтобы вас там ждало?
Мы все молчали, а крылатый тем временем продолжал:
— Бесконечные опыты, изоляция от внешнего мира, и в конечном итоге мучительная смерть.
Что-то наподобие я и ожидала услышать, но все равно звучало жутко. Хотя я не понимала, чем отличается база алаестов от той, где мы сейчас находились. Здесь мы тоже изолированы.
— Но... — рыжая девушка, сидевшая на соседнем ряду, выглядела очень напуганной, — за что нас убивать?
— Потому что вы другие. Потому что вы сильнее и выносливее любого человека. Потому что представляете угрозу.
Снова повисла напряжённая тишина. В его словах был здравый смысл. Люди, скорее всего, пришли бы в ужас, увидев алаента. Но большая часть населения и понятия не имеет, что кроется за таинственным геном алае. Большинство считает, что это какое-то отклонение, наподобие сорок седьмой хромосомы у людей с синдромом Дауна.
Я вспомнила свою собственную реакцию, когда увидела крылья у Данила с Яном... Я жутко испугалась. В тот момент в голову пришли мысли о Чернобыле и мутантах.
— Ещё вопросы? — Данил расслабленно откинулся на спинку стула.
— У меня ещё вопрос, — снова заговорил Степан, — так вы здесь собираете армию? Вы будете воевать с обычными людьми?
— Во-первых, не вы, а мы. Вы все теперь являетесь частью сопротивления, — куратор важно поднял палец вверх, — во-вторых — да. Будем воевать. Но не с обычными людьми, а с алаестами, с сумасшедшими учёными и всеми, кто откажется нас принимать. Ещё что-то спросить кто-нибудь хочет?