Повернувшись, я разрядил остаток патронов — а магазин был уже неполным — в того, который собирался броситься на майора. Еще с одним майор разобрался сам. Длинная винтовка не давала ему действовать быстро, и одержимому удалось повалить его за землю и схватить. И стрелять было невозможно — в одном пистолете патронов не было совсем и бросил его, второй надо было подобрать. Но прежде чем я успел это сделать — майор несколько раз выстрелил навалившемуся на его одержимому в бок из небольшого револьвера, которого я у него до этого никогда не видел. Полезная, кстати привычка — носить на всякий случай небольшой револьвер…
Автомат висел у меня на груди, пистолет был в руках, и там должно было еще остаться шесть патронов. Но одержимые — все которые были в засаде, или просто — на лежке — уже не могли причинить нам вреда. Один, хрипя и каким-то чудом задрав голову полз ко мне — и от его мутного, затуманенного ненавистью взгляда становилось дурно. В него попало пять или шесть пуль из автомата, одна из них по-видимости повредила позвоночник — но он упорно полз вперед, стараясь добраться до меня. Пришлось выстрелить…
— Чисто! — крикнул я — и только потом оглянулся.
Ответом был выстрел…
Это были кавалеристы! Трудно было в это поверить — но это были кавалеристы! Восемь человек, под каждым из них конь, а в руках винтовка, они были всего ярдах в семистах от нас на опушке лесополосы, и один из них целился, пристав в стременах или винтовки с оптическим прицелом — а другие ждали результата выстрела.
— Опасность слева!
Пуля ударила совсем рядом, подняв фонтан земли.
Майор вывернулся — и упал на землю, перехватывая винтовку. Я сорвал с экипировки дымовую шашку и бросил рядом с собой…
— Отходим!
Майор выстрелил — и один из кавалеристов начал падать, потому что его лошадь уже больше не могла держать седока. Остальные открыли огонь…
Если хочешь уничтожить кавалериста — убей его лошадь.
Остальные открыли огонь — неожиданно плотный и точный. Треск М4 перемежался глухими очередями Калашниковых.
Шашка задымила, выбрасывая хлопья густого белого дыма. Я открыл частый огонь одиночными — и еще одна лошадь споткнулась на полдороге, а остальные повернули назад…
— Пошел!
Я побежал — и вызвал на себя огонь из всех стволов. Бежать приходилось рывками — огонь на таком расстоянии не слишком точен, но если из такого количества стволов.
Даже не понял, что произошло — что-то ударило меня, едва не сбив на землю — но я продолжал бежать. Ранен?
Вроде нет.
Залег, открыл частый, прикрывающий огонь, уже ни в кого не попадая — но держа всадников на расстоянии.
Снова выстрел — сухой и отрывистый, из снайперской винтовки, прямо из клубов дыма. Черт, Озказьян, что ты там застрял…
И тут я увидел, что один из всадников валится с коня…
Попадание!
Майор не побежал — он оставался на месте и продолжал стрелять. Тем самым, давая понять всадникам, что ловить здесь нечего. Я бы конечно предпочел свалить — но…
Всадники, оставшись всемером и на шести лошадях порысили назад, не стреляя. Но что-то мне подсказывало, что это — передышка и что они от нас уже не отстанут.
Только когда всадники скрылись из виду — майор побежал ко мне. Верней — он побежал ко мне, а я — к лесу. Встретились уже среди деревьев — и успел перезарядить автомат, а майор остановился и начал по одному патронку дозаряжать винтовку.
— Откуда они здесь?
— Не догадываешься? Похоже Си-Эй-Ди.
Еще не хватало — а ведь точно он здесь тоже тренировались. Special Activity Division — специальное подразделение ЦРУ, созданное после событий 9/11. Первым их делом был Афганистан, там они сотрудничали с войсками Северного Альянса, наводили огонь авиации, обучали самих бойцов СА. В конечном итоге, Афганистан был взят практически без боя, это потом там началось. Эти ребята отличались тем, что действовали в глубоком тылу противника, под видом частных лиц или наемников и не придерживаясь каких бы то ни было правил. Всю самую грязную работу, что в Афганистане, что в Ираке, что в других местах, таких как Йемен — поручали им. Тогда же в Афганистане люди из SAD научились ездить на лошадях и полюбили это дело — настолько, что они нередко ездили на лошадях и тогда, когда в этом не было никакой необходимости. О том, что это люди САД говорило и оружие — М4 и Калашниковы вперемешку, там оружие не выдавали, а покупали или свободно использовали трофейное. Серьезные ребята, с большим боевым опытом, с опытом засадных и контрзасадных действий, с опытом наведения авиации на цели.