— Двенадцать человек — посвятил в суть происходящего я — армия или частники, очень хорошие частники. Два пулемета, М95, расчет Стингера. Ушли на северо-восток примерно пять минут назад. Пользуются картой.
Исходя из того что я видел в Ираке — из частников картой умеет пользоваться хорошо если каждый третий, у них еще больше чем в армии — средства автоматизации проникли в жизнь и электронный планшет с навигатором GPS заменили карту и компас.
— Со Стингером? — сразу просек майор.
— Да. Но это не повод им доверять.
— Проследить за ними?
— Вот и я тоже думаю, сержант. За ними стоит проследить.
— А смысл? — скептически заметил майор — что это нам может дать? Может лучше — идти своей дорогой?
— Куда придем? На вертолеты мы до сих пор нарвались только потому, что нам невероятно везло. Будет везти так и дальше?
— А если арьергард контролирует их хвост?
Вопрос конечно интересный. На месте командира, если никуда не спешить — я бы останавливал арьергард через какие-то промежутки времени, и устраивал бы засаду, чтобы проверить — не увязался ли кто следом. Если мы попадем в такую засаду — будут кисло — в три ствола положат в секунду.
— Родерик… — обратился я к сержанту — ты следы читать можешь? Ты ведь из штата, где любят поохотиться?
— Да, сэр. Смогу.
— Тогда сделаем вот что…
Риск был большим. Не нарваться — а раз и навсегда потерять этот странный отряд, начать блуждать по лесу. Но этот риск — несравним с риском влететь в засаду и полечь всем — как один.
На маршрут мы вышли спустя четыре часа — но было еще светло, и будет светло столько же. Эти четыре часа мы потратили на то, чтобы вернуться к оставленным машинам, замаскировать их получше, снарядиться и вооружиться для долгого пешего похода. Не верю, что у этих, местных аборигенов при желании не нашлось бы транспорта — и если они все же передвигаются пешком — то на то есть какая-то причина, скорее всего причина эта летает по воздуху. Значит — точно так же будем поступать и мы.
Машины мы отогнали так далеко, как только смогли — теперь мы были уверены, что за милю в любую сторону нет ни жилья, ни туристических троп, ни вообще ничего. Может, быть, конечно и найдут — но все что мы смогли сделать — мы сделали. Теперь можно было идти — с отставанием четыре часа, ни один арьергардный дозор столько в засаде сидеть не будет…
Место, где мы шли — Самтер — это лес. Ни в коем случае не джунгли, как в Панаме, где мы часто тренировались — а самый настоящий лес. С кустарником, с большим количеством хвороста, с тропами для туристов но их было мало, заповедник, как — никак. С реками, озерами — через реки во многих местах были перекинуты мостки, представлявшие собой иногда просто положенное поперек русла бревно с перилами — старая добрая Америка, про которую мы давно и успешно позабыли. Кроны деревьев пропускали вниз какое-то количество солнечных лучей, давая развиваться нижнему ярусу леса — но это было для нас проблемой. В любом месте могла быть установлена растяжка.
Мы шли так, как это и полагается делать при таком малом количестве сил — треугольник, острием вперед. Кадета — ему мы торжественно вручили «перед строем» винтовку и заставили сказать клятву — отправили с майором, хоть он и протестовал против этого. Они вдвоем шли на правом фланге, я — на левом, сержант, исполняющий роль recon, разведчика — по центру и выдвинувшись вперед. У всех у нас было оружие с глушителями, дабы не привлекать внимания выстрелами, не сообщать всем о том, что мы в лесу. Особенно одержимым.
Первого одержимого застрелили почти сразу, потом, почти сразу же — еще двоих. Эти были настолько вялыми, что даже пошли в сторону нас — пешком. Возникла мысль — если посмотреть на одежду и остатки снаряжения — что это туристы, которые взбесились, когда находились здесь на уик-энде. Отличие этого места от города в том, что здесь не так много еды — зато есть дикие животные, которых не то, что сложно поймать и употребить в пищу — они и сами не прочь тебя в пищу употребить. Например — ниже по течению реки, которую мы вчера пересекли, водятся крокодилы. Так далеко от воды они не отходят — но все же. Поэтому — одержимые за это время просто отощали, они не смогли найти себе достаточно пищи!!! Одержимый — получается это как верх пищевой цепочки, но их количество столь велико, что экосистема не может их прокормить! И здесь, в глухих местах, те кто обратились — начали просто дохнуть с голода! А это значит — что уже зимой угроза одержимых сойдет на нет. Выживут — единицы, остальные погибнут от голода и холода. В южных штатах с этим будет сложнее, тут зима — не зима, но голод есть голод и от этого — никуда не денешься. И тогда уже в следующем году — надо будет что-то строить. Новую цивилизацию — взамен погибшей. Надеюсь — совершенных ошибок мы не повторим.