Вали отсюда, по леску пройдись, а мы тут сами…
Злой и добрый полицейский… Неплохо.
Вышел из машины, не забыв повесить на плечо ремень от винтовки, глубоко вдохнул чистый лесной воздух. Позади хлопнула дверь РейнджРовера, Питер, тоже с автоматом за спиной (выглядел и действовал он уже как заправский боец, все таки воспитание на военной базе не вытравить ничем, даже долгим сидением в научной лаборатории) подошел ко мне, чиркнул зажигалкой, нервно затянулся. Краем глаза я заметил, что руки у него дрожат.
– Ты чего так раскис? Дальше поедем, там еще и не такое дерьмо будет. Привыкай.
– Слушай – брат нервно затягивался сигаретой – ты вот мне скажи… Как же мы до этого всего дошли? Ведь у нас, считай средневековье – это у нас, в нашей стране, в двадцать первом веке…
– Так тебе же лучше знать, чем кому-либо на этой земле! – хохотнул я и тотчас понял, что перегнул палку…
– Слушай – начал я совсем другим, серьезным тоном – я не знаю ответа на твой вопрос. Честно, не знаю. Знаю только, что налет цивилизованности в нас очень тонок. И сейчас все то темное и злое, что исподволь копилось, прорвалось наружу, оно захлестывает нас. У нас задача простая – добраться домой, а там поглядим.
Вот и все. И не грузись.
За спиной хлопнула дверь, к нам подошла Энджи…
– Дай сигарету! – обратилась она к Питеру – Ты что, куришь?! – изумился я – Бросила. Дай сигарету…
– Питер вытряхнул из пачки длинную коричневую сигарету, поднес огонька.
Затянувшись, Энджи сильно закашлялась.
– Слушай, отравиться ты успеешь – мягко сказал я, отнимая у нее сигарету и туша ее – тем более, сигареты скоро дефицитом станут. Отвыкла – и хорошо. Лучше расскажи, как зовут ту девчонку, которую мы вытащили из фургона. Она заговорила?
– Мари ее зовут… – мрачно ответила Энджи – ей всего семнадцать, два дня назад исполнилось. Хороший праздник, не правда ли…
– Ну, мы же ее отбили… Неплохой подарок на день рождения…
– Хорош ерничать… Короче тот парень – он коп.
– В смысле? – не понял я – Ну, тот, в которого ты ее заставил стрелять. Он коп.
– Так я в этом и не сомневался. Вырядился под копа, сволочь и грабил на дороге.
Интересно, где он машину и форму достал?
– Ты не понял. Он настоящий коп.
– Мать твою… – изумленно выругался я История, которую рассказала Мари была простой и страшной. В их городке четыре года назад устроился на работу в полицию этот мексиканец, Хулио Суарес. Взяли его без проблем, желающих работать в полиции, особо не было, кого затащишь в такое захолустье – поэтому Суарес пришелся как нельзя кстати. Начальник полиции мечтал только о скорой пенсии, ни во что вникать он не хотел – поэтому Хулио, который никогда не отказывался от порученных ему дел, скоро стал правой рукой шефа полиции.
Примерно пару лет назад в городе стали появляться мексиканцы, один за другим.
Один из мексиканец купил местную, загибающуюся от недостатка заказов лесопилку – и заказы чудесным образом появились. На лесопилку брали работать только своих.
Потом открылся и новый магазин. Испокон века, население городка отоваривалось в универсальном магазине мистера Джима Иглстона, этот магазин передавался в семействе Иглстонов по наследству. Но в одну из ночей он странным образом сгорел вместе с хозяином, мистером Джимом. Расследование, которое проводил Суарес, ничего не дало – и новый магазин открыли уже мексиканцы.
Чем дальше – тем приезжих мексиканцев становилось все больше, и вели они себя все наглее и наглее. Произошло два случая изнасилования, но ни одному не дали хода. Наконец, несколько месяцев назад, одного из жителей городка, который серьезно конфликтовал с приезжими, нашли в лесу с головой, размозженной пулей.
Официальная версия смерти – случайная пуля охотника на оленей, хотя был не сезон.
А когда все это началось, несколько дней назад (как я прикинул, на седьмой день катастрофы), когда стало понятно, что власть отныне принадлежит тем, у кого есть стволы – ситуация резко поменялась. Оказалось, что у каждого приезжего заныкан как минимум один незарегистрированный ствол. Прочесав городок, мексиканцы расстреляли всех, кто им по каким-либо причинам не нравился, остальных же обратили в рабов. Так, на месте обычного американского городка в считанные дни было создано небольшое рабовладельческое государство. А поскольку боевиков было много, и им надо было чем-то заниматься – решили грабить на дороге.
Мари же стала личной добычей Суареса, своего рода наложницей. Отлично зная свою разнузданную братию, он постоянно держал ее при себе. Однажды она попыталась сбежать – но неудачно, Суарес ее поймал и сильно избил. Так все и продолжалось – пока не пришли мы…
– Она вообще как?
– Идиотский вопрос! – раздраженно ответила Энджи – ее родителей убили, ее саму захватили в заложники, изнасиловали – а ты спрашиваешь, как она. Только идиот может такие вопросы задавать…
Кажется, я сильно ошибся… Существует еще и третий способ, как вывести женщину из депрессняка. Надо просто найти какое-нибудь несчастное живое существо, и поручить ей заботу о нем. Все-таки, материнский инстинкт штука сильная, даже у феминисток и агентов ФБР.
– Что дальше с ней делать будем? – спросил я, как бы раздумывая вслух – дальше ее в таком виде везти нельзя. Еще подумают, что это мы с ней такое сотворили. А одежды на нее у нас нет – да и нам бы запасная не помешала. Оружием затарились до кучи, жратва есть, а вот про одежду не подумали…
– Может, в город заедем? – сказал Пит – там же должен быть супермаркет какой-то или что-то в этом роде.
– В город заехать… Еще не факт что нас в город пустят. Сейчас мелкие города окружены баррикадами, крупные же – там одержимых столько, что и из пулемета не отобьешься.
– Вы все не про то – решительно сказала Энджи – мы должны уничтожить бандитов и освободить город. Мари нам покажет, где это.
– Слушай, ты в своем уме? Там этих бандитов – человек сто, я их вчера ночью видел. Стволы – у каждого. А нас всего трое. Машины небронированные, ни одного гранатомета, мин тоже нет. К пулемету – патронов сотни четыре и все. Нас там порвут просто!