ГЛАВА 10
Незадолго до десяти я закончила распаковываться и переоделась в пижаму, когда Чарли, который все это время «помогал» мне, начал чуть слышно возбужденно тявкать. Вскоре раздался стук в дверь спальни, которая была приоткрыта на несколько сантиметров. Когда я крикнула, что открыто, вошел Мэтт, сказал, что пришел забрать Чарли, взять его и Шэдоу на прогулку, прежде чем он ляжет спать. Однако, прежде чем Мэтт смог полностью сказать это, Чарли вскочил на него, извиваясь и пытаясь облизать его лицо.
Не казавшись таким счастливым, каким я думала, должен быть человек, имеющий такую любящую, радостную собаку, Мэтт позволил Чарли облизать подбородок ненадолго, прежде чем мягко оттолкнуть его.
— Хорошо, Чарли. Время выходить на улицу.
Немного расстроенная его холодным отношением к Чарли, я спросила Мэтта, раздражен ли он Чарли, хотя, я уже знала ответ. Когда Мэтт подтвердил мои подозрения, сказав, что он «не совсем» раздражен Чарли, я вздохнула, не в силах помочь себе.
— Ну, ты должен был знать, что золотистая буйная порода этих собак, которая иногда может вести себя очень шумно и даже немного непослушно; так почему же ты вообще взял Чарли, если не хотел такую собаку?
Теперь настала очередь Мэтта вздыхать, что он и сделал, прислонившись к проему с его мускулистыми руками, сложенными на груди.
— Я не думаю, что когда-либо хотел взять ретривера, но однажды мой первый лейтенант Райан и я посетили другую общину «АСШП» драконов в Иллинойсе в последний год войны. Короче говоря, в общине была женщина, которая была собаководом, и у нее был помет месячных золотистых щенков. Все они процветали, кроме Чарли. Он был болезненным и невероятно маленьким, и даже его мать отвергла его, даже не позволив ему кормиться от нее. Женщина-заводчик была своего рода неприятной женщиной, честно говоря, и она сказала мне, что Чарли для нее пустая трата времени и денег и, вероятно, никогда не будет взят, даже если каким-то образом выживет, что было сомнительно, потому что женщина-заводчик больше не собиралась платить, чтобы ветеринар приходил к нему. Я немного боялся, что заводчица скоро оставит его умирать одного. Итак, поскольку Райан не мог взять собаку, потому что у его жены сильная аллергия, я решил забрать Чарли домой, думая, что Шэдоу, вероятно, был бы рад «брату» в любом случае. Затем, через месяц или два, ветеринар здесь в Гринвуде смог вылечить Чарли. А потом он стал неистовым, беспокойным, помешанным на пепперони псом, которого ты видишь здесь сегодня.
Мэтт слегка улыбнулся мне, и у его ног Чарли тихонько тявкнул, казалось, довольный пересказом Мэтта о его усыновлении. Я не могла не улыбнуться ни одному из них. На самом деле, я была готова расплакаться по разным причинам. Во-первых, это была печаль из-за того, что Чарли пережил, будучи крошечным щенком; во-вторых, Мэтт взял его, чтобы спасти его жизнь; и в-третьих, Чарли в настоящее время выглядел невероятно мило, сидя возле ног Мэтта, его язык вывалился изо рта.
В то время как улыбка Мэтта исчезла, вероятно потому, что он мог видеть слезы, сияющие в моих глазах, я подошла к нему и посмотрела глубоко в его глаза, прежде чем сказать тихим голосом.
— Ты же не думаешь, что Чарли умственно отсталый? Ты просто отталкиваешь его, потому что у него такой стиль любви, и по какой-то причине ты просто чувствуешь, что не способен ответить взаимностью.
Мэтт немедленно провел рукой по волосам, отводя взгляд от моего лица.
— Ради Бога, Кайли… Чарли просто собака.
Я кивнула, вытирая слезы с глаз.
— Да. Ты прав насчет этого. Он — собака. Он красивая, любящая, непослушная собака, которая заслуживает того, чтобы быть полностью любимой своим человеческим отцом, то есть тобой. Ты не можешь просто попытаться полюбить его так, как он того заслуживает? И пока ты этим занимаешься, не мог бы ты попытаться полюбить меня, женщину, с которой ты должен иметь детей в будущем? Или, если ты действительно не можешь даже попытаться влюбиться в меня, ты можешь хотя бы объяснить мне почему?
Снова проводя рукой по волосам, нахмурившись и все еще избегая моего взгляда, Мэтт не ответил, и я продолжила:
— Пожалуйста, объясните мне почему. Я разорвала договор аренды моей квартиры, отдала всю мебель и переехала сюда, в Гринвуд, и это очень несправедливо с твоей стороны даже не сказать мне, почему ты даже не можешь попытаться сделать наше «Семьяобразование» «любовным делом».