– Продолжай, – попросил Дариус.
Крис перевернула страницу. Текст менялся, подстраиваясь под неё – теперь часть была на русском, часть на латыни, часть на языках, которых она не знала, но понимала.
– «История истинная, не записанная победителями», – читала она. – «Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог».
– Библейская цитата? – удивился Ли Вэй.
– Нет, продолжение другое, – Крис читала дальше. – «Но Слово было нарушено. Сыны Божии увидели дочерей человеческих и возжелали их. От союза их родились исполины – нефилимы».
– Книга Бытия, – кивнул Дариус. – Допотопная история.
– «Кровь нефилимов была иной. Ни человеческой, ни ангельской. И когда пришёл потоп, погибли не все. Некоторые изменились, приспособились. Стали первыми из проклятых – теми, кто пьёт кровь, чтобы помнить свою божественную природу».
– Вампиры – потомки нефилимов? – ахнула Крис.
– Символически, полагаю, – поправил Дариус. – Кодекс часто говорит метафорами. Но суть верна – мы произошли от тех, кто был между мирами.
Крис листала дальше. История разворачивалась как эпическая драма.
– «После потопа выжившие рассеялись по земле. В Месопотамии, Египте, долине Инда – везде, где зарождалась цивилизация, были те, кто помнил. Они стали жрецами, царями, богами для смертных».
– Это объясняет мифы о богах, пьющих амброзию, – заметил Ли Вэй.
– «Но кровь слабела с каждым поколением. Божественная искра угасала. Пока в Иудее не родился первый медиатор – потомок царя Давида, в чьих жилах текла кровь моавитянки Руфи».
– Руфь? – переспросил Максим. – Прабабка царя Давида?
– «Её род хранил тайну – умение очищать кровь молитвой и волей. Когда её правнук встретил первого из проклятых, он сжалился и поделился кровью. Так родилась связь – вампир и медиатор, хищник и целитель».
Крис перешла к разделу о роде Крейнес. Текст стал более конкретным, менее мифологическим.
– «Род Крейнес ведёт начало от рыцарей-тамплиеров. Жак де Крейн, казначей ордена, был хранителем тайных знаний. Когда орден пал, он бежал на восток, в земли Тевтонского ордена».
– Отсюда твоя фамилия, – кивнул Дариус.
– «В 1347 году, когда Чёрная смерть опустошала Европу, его потомок Иоганн Крейнес был единственным выжившим в своей деревне. Не благодаря божьей милости, как думали соседи, но благодаря крови».
– Он был медиатором? – спросил Артур.
– «Первым из рода, в ком проявился дар. Вампиры Европы, умиравшие от загадочной болезни, искали спасения. Иоганн давал им кровь в обмен на защиту и знания».
– Чума убивала вампиров? – удивилась Крис.
– Особый штамм, – пояснил Дариус. – Отдельная история.
Крис продолжала читать историю рода. Крейнесы веками балансировали между мирами – не полностью люди из-за дара, но и не вампиры. Их преследовали, им поклонялись, их использовали.
– «В 1612 году род разделился. Старшая ветвь осталась в Европе, младшая отправилась в Россию с польскими наёмниками».
– А что с европейской ветвью? – спросил Максим.
– «Угасла в XIX веке. Последний носитель погиб во время Наполеоновских войн. Остались только обрусевшие Крейнесы и их тайна... Всего пять великих родов несли дар через века. Крейнесы на западе, Волконские на севере, Ямамото на востоке, Дельгадо на юге, Чен в землях дракона».
Тут вошла запыхавшаяся Мария Тереза.
– Простите за опоздание. Охотники атаковали наше убежище в Химках. Пришлось заметать следы. Мы потеряли двоих.
– Ещё атака? – нахмурился Дариус. – Это уже третья за такой короткий срок.
– Подозреваем утечку, – мрачно заключила Мария Тереза.
Тут она заметила открытый Кодекс.
– Он принял её?..
– Полностью, – подтвердил Дариус.
– Продолжай читать, – попросил Артур. – Что там о других медиаторских родах?
– Подождите, – вмешалась Мария Тереза. – Я должна понять контекст. Что я пропустила?
– Кристина – последняя из пяти медиаторских родов, – кратко пояснил Ли Вэй.
– Dios mío! – выдохнула она.