– Как так у Зои украли телефон? – спросил Лев, перебинтовывая плечо.
– В драке выбили, – Зоя выглядела виноватой. – Какой-то урод в маске. Думала, неважно, потом новый куплю...
– И этот урод отправил сообщение Крис, – закончил Максим. – Всё было спланировано. Ева, Артур...
Рэй молчал в углу, пристально глядя на Льва. Начальник охраны всё ещё приходил в себя после отравления серебряной ртутью, но память о недавних событиях была болезненно чёткой.
Когда Крис освободила Льва из камеры, парень сбежал через тот же туннель, по которому Ева увела её. Услышав наверху чужие голоса, он решил не рисковать и выбрался наружу. Взрыв особняка Лев увидел уже с безопасного расстояния.
Но вместо того, чтобы бежать дальше, он вернулся. Нашёл полуразрушенный вход в подвал, где под обломками лежали отравленные серебром вампиры. Подвальные помещения частично уцелели – бетонные стены и стальные балки спасли их от смерти, но не от травм.
Лев вытащил их всех. По одному. Рискуя жизнью ради тех, кто ещё час назад держал его в заточении. А когда полумёртвые вампиры очнулись и почуяли запах человеческой крови, жажда после серебряного отравления едва не лишила Льва жизни.
– Прости, парень, – хрипло сказал Рэй. – Серебро... сводит с ума. Когда очнулся, видел только твою шею. Чуть не...
– Ничего, – Лев пожал плечами, касаясь царапин на горле. – Максим подоспел вовремя.
– Всё равно извини. Ты спас нам жизни. Это... дорогого стоит.
Дариус кивнул.
– Если бы не ты, мы погибли бы под завалами. Долг крови – священен. Ты под нашей защитой отныне.
Максим остановился посреди зала, всё ещё дрожа от ярости.
– Хватит церемоний! Пока мы тут благодарности раздаём, Крис в руках психопата!
– И что предлагаешь? – спросил Дариус. – Нарушить закон дуэли? Нападать до назначенного срока? Тогда все кланы объявят тебя вне закона.
– Плевать на законы!
Максим замер, осознав, что полностью потерял контроль. Связь с медиатором пробуждала в нём давно забытые человеческие чувства – и это пугало. Почти три века он учился подавлять эмоции, а теперь ярость и отчаяние захлёстывали его, как живого человека. Крис меняла его, делала уязвимым и... настоящим.
– А Крис? Ты думаешь, ей будет лучше, если ты погибнешь из-за своей горячности?
Максим замер. Где-то в глубине сознания мелькнул отголосок их связи. Крис была жива. Напугана, но жива.
– Я должен был её защитить...
– Мы все должны были, – мрачно сказал Дариус. – Ева знала каждый ход, каждую нашу слабость. Она провела Крис через тайный выход, девочка доверилась ей.
– А флешка? – вдруг вспомнил Лев.
– Сгорела вместе с сейфом, полагаю, – ответил Рэй. – От самого дома ничего не осталось.
– Исследования родителей Крис... – простонал Лев. – Всё пропало.
Зоя подошла ближе.
– Есть ещё один вопрос. Дуэль была назначена при условии добровольного участия медиатора. Артур выкрал её силой. Не делает ли это дуэль недействительной?
Дариус задумался.
– Закон неоднозначен. Медиатор должен выбрать защитника самолично. Но если её принуждают...
– Если оспорим дуэль, Артур может просто убить её, – сказал Эдвард. – Заявит, что медиатор больше не нужен, раз законного способа её получить нет.
– Чёртов средневековый бред! – взорвался Лев. – При чём тут древние законы? Это двадцать первый век!
– Мы и есть Средневековье, мальчик, – устало ответил Дариус. – Мне почти тысяча лет. Старые законы – единственное, что удерживает нас от хаоса.
Максим опустился в кресло, зарылся пальцами в волосы.
– Два дня. У меня есть два дня, чтобы подготовиться к дуэли и молиться, что Артур не убьёт её раньше.
– Он не убьёт, – твёрдо сказал Дариус. – Мёртвый медиатор бесполезен. Он будет брать её кровь понемногу, изучать формулу. Но не убьёт.
– А если я проиграю?
Молчание было красноречивым ответом.
– План простой, – Максим выпрямился, и в его голосе зазвучала холодная решимость. – Артур сильнее в прямом бою, но он высокомерен. Дуэль до первой крови означает, что мне нужен один точный удар.