Крис со страхом наблюдала за его беснованием.
– Подозреваю, будут побочные эффекты, – добавил Берг, делая пометки в планшете. – Усиленный метаболизм означает ускоренное старение. Этот человек проживёт максимум десять лет. Зато какие это будут годы! Сила десяти мужчин, скорость гепарда, регенерация, почти как у вампиров.
Крис с ужасом посмотрела на Арона.
– Хватит! – Крис вырвалась из хватки охранника. – Прекратите ваши эксперименты!
К её удивлению, охранник отшатнулся. В его пустых глазах мелькнуло что-то похожее на страх.
«Аура медиатора», – поняла Крис. – «Они боятся».
– Довольно на сегодня, – быстро сказал Берг. – Отведите мисс Крейнес обратно.
Когда они проходили мимо стола, Арон схватил её за руку. Хватка была сильной – слишком сильной для измученного человека.
– Слушай внимательно, – прошептал он. – Твой Максим не тот, кем кажется. Спроси его про Прагу, 1843 год. Спроси про «Кровавую ночь».
– Что?
Арон увидел непонимание в её глазах и быстро добавил:
– Я изучал историю вампиров. Архивы Серых Стражей хранят записи обо всех крупных резнях. Прага 1843-го была одной из самых кровавых. И в документах фигурировали два имени: Артур Кейн и Максимилиан де Ланж. Свидетели описывали высокого, темноволосого вампира рядом с Кейном.
– Уводите её! – приказал Берг, и разговор пришлось прервать.
В «Сумраке» царила напряжённая тишина. До рассвета оставалось два часа. До дуэли – чуть больше суток. Завтра вечером решится всё.
Максим стоял в тренировочном зале, отрабатывая движения со старинной рапирой. Эдвард сидел на скамье, наблюдая.
– Помнишь свою первую дуэль? – спросил он.
– 1794 год. Осень в Париже. Какой-то граф решил, что я слишком много внимания уделяю его жене.
– И?
– Проткнул его навылет. Времена были проще. – Максим сделал выпад. – Эта дуэль другая.
– Потому что на кону девочка?
– Потому что на кону Крис.
Эдвард хмыкнул.
– Знаешь, за сто лет дружбы я видел тебя влюблённым раз пять. Но такого помешательства не припомню.
– Я не...
– Не ври мне, Макс. И себе не ври. Ты готов нарушить все законы ради неё. Это либо любовь, либо… помешательство.
Максим опустил рапиру.
– Она другая. Все они были... заменой. Попыткой вернуть то, что я потерял. А Крис... она сама по себе. Сильная, упрямая, живая.
– И медиатор. Удобно.
– Дело не в крови! – Максим швырнул рапиру в стену. – Хотя... чёрт. Может, и в крови тоже. Я не знаю. Я просто знаю, что не могу её потерять.
– Тогда не проигрывай завтра.
– Артур сильнее. Старше. Опытнее.
– Но у него нет того, что есть у тебя.
– И что же?
– Причины победить, – Эдвард встал. – Пойдём. Нужно выспаться. Завтра будет долгая ночь.
Они направились к выходу, когда Максим вдруг остановился. Закрыл глаза, сосредоточившись.
– Что? – напрягся Эдвард.
– Крис. Она... пытается что-то передать.
Связь с медиатором работала не как телефон – скорее как радио с помехами. Эмоции передавались ясно, слова – обрывками, образы – размыто.
Максим нахмурился.
– Прага? Что за чертовщина?
– Прага? – Эдвард побледнел. – Макс, она не может знать про Прагу.
– «Кровавая ночь»…
Максим застыл. Воспоминания нахлынули волной. Кровь. Крики. Пламя. И Артур рядом, смеющийся.
– Это было давно.
– Но было. И если Крис узнает...
– Она поймёт. Должна понять. Я был другим.
– Ты помог Артуру вырезать целый квартал, Макс. Тридцать человек. Включая детей.
– Я ЗНАЮ! – Максим ударил кулаком в стену. – Думаешь, я забыл? Думаешь, не вижу их лица каждую ночь?
– Просто... будь готов объясниться. Если Артур рассказал ей...