– Предатель, – прошипел он. – Ты освободил пленницу!
– Спокойно, – Артур поднялся с ящика и криво усмехнулся. В его глазах мелькнуло что-то – удивление, раздражение, но он быстро взял себя в руки. – Какая трогательная встреча. Мои беглецы собрались здесь все разом. Как удобно.
Остальные вампиры Артура тоже встали, образуя за спиной своего лидера небольшую, но готовую к бою группу. Напряжение в бункере стало осязаемым.
– Попробуйте взять нас, – рыкнул Арон, делая шаг вперёд.
– Стойте, – Максим встал между ними, но и его люди тоже приготовились к схватке. – Сейчас не время для разборок.
– Временный союз не означает, что я откажусь от своих... активов, – заявил Артур, но в голосе чувствовалась неуверенность. Он понимал, что сейчас не владеет ситуацией. Пятеро против группы Максима так себе шансы.
В этот момент из дальней комнаты послышались шаги. В дверном проёме появилась бледная женщина со светлыми волосами, кутающаяся в старое одеяло. Она держалась за стену, явно с трудом стоя на ногах.
– Арон? Тимофей? Я услышала голоса... – её слабый голос эхом разнёсся по бункеру.
– Стойте, это же… – вдруг сказала Ева, вставая и указывая на женщину. В её голосе звучало потрясение.
Женщина подняла голову, и Максим замер. Время словно остановилось.
– Анна? – не веря в то, что произносит, прошептал он. – Анна Волконская?
Она посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло узнавание.
– Максим... – её голос дрогнул, она слабо улыбнулась. – Надеялась встретить тебя при лучших обстоятельствах. Ты... ты не изменился. Совсем.
Все в бункере застыли, наблюдая эту невозможную встречу. Медиатор XIX века, которая должна была быть мертва уже полтора столетия, стояла перед ними живая.
Артур побледнел. Он явно не ожидал, что его «исследовательский материал» окажется здесь.
– Чёрт, – выдохнул он. – Хотелось бы мне знать, как вы сбежали от Берга...
Максим недоверчиво покачал головой.
– Я не верю своим глазам. Ты же умерла полтора века назад…
– Нет. Я исчезла в 1920-м, после революции. Скрывалась. – Анна опустилась на ящик, силы покидали её. – Медиаторы не стареют, как обычные люди. Старение замедляется в десятки раз после сорока. Но это я выяснила опытным путём, конечно, – она усмехнулась.
– Медиаторы не стареют? – ахнула Крис.
– Побочный эффект гена, – кивнула Анна, обернувшись к ней. – В 1945 году меня нашли нацистские учёные. Аненербе искало паранормальные силы для своих экспериментов. Мне тогда было сто двадцать шесть лет, но выглядела я на сорок пять. Они...
Она замолчала, в глазах промелькнула боль.
– Погрузили меня в химическую кому. Хотели сохранить до тех пор, когда исследования выйдут на новый уровень. Семьдесят пять лет в спячке, пока Берг случайно не наткнулся на заброшенный бункер под Берлином. Он же меня и разбудил.
Все молчали, с интересом слушая её историю.
– Берг, – коротко сказала Анна. – Он держал меня... очень долго. Бесконечные эксперименты... Изучал мою кровь, пытался понять, как создать синтетическую кровь медиаторов. Конечно, не просто так. Над ним стояли могущественные структуры…
Артур побледнел.
– Берг работал на меня...
– Не только на тебя, – резко возразила Анна. – И ещё на кого-то. Он приходил. Я слышала его, и от его голоса меня до сих пор бросает в дрожь. Берг называл его Кристофом. Много говорили о новой расе, о гибридах. Говорили, что изучение моей крови поможет довести до ума формулу, которую начал кто-то в Проекте «Синтез».
Анна замолчала, собираясь с силами, затем продолжила дрожащим голосом:
– Я не знаю подробностей, но часто слышала слово «гибриды». Берг и этот Кристоф обсуждали... создание армии. Существ, которые будут сильнее вампиров, но управляемее. Берг говорил, что моя кровь – ключ к стабилизации мутаций. Что они смогут создавать солдат, неуязвимых к серебру и ультрафиолету, но лишённых свободной воли.
Максим нахмурился:
– Армия для чего?
– Для захвата власти. Кристоф мечтал о мире, где правят те, кто «эволюционно выше». – Анна поёжилась. – Но потом что-то пошло не так. Братья поссорились.