* * *
Две недели пролетели, как в сказке: мама, папа, братишка, подруги... Домашняя еда, мамины блины и пироги! За две недели морду отъела, как у хомяка, жуть! Последняя третья неделя выпала солнечная, вода сказочно освежающая! Я всегда любила прохладную воду, она не только освежала тело, но и мозги! Из моря всегда выходишь, как заново родившейся! Короче: накупалась, наигралась в пляжный волейбол, загорела!
Бруно через неделю выписали из госпиталя, он сразу вернулся на охранный корабль. Все бы ничего...., но очень чувствовалось напряжение в обществе.
Везде шли разговоры про похищенных людей, особенно молоденьких девушек от 15 до 20 лет! По городу беспрестанно дежурили полицейские патрули, и даже военные. Особенно охранялись летние лагеря на пляжах Балтики. Включая беспрестанные челноки, которые бесшумно зависали над местностью и висели так по 10-15 минут, сканируя местность.
Дома я провела три незабываемые недели отдыха. Такого отдыха в моей жизни уже не будет ни-ког-да! Это я чётко осознавала! Последний раз в жизни я была РЕБЁНКОМ - Любимой, обожаемой доченькой!!!
Первый раз в жизни, я уезжала из дома, со своей любимой Балтики с тяжелейшим сердцем и слезами. Я как-будто бы чувствовала, что СЮДА.... я больше никогда в жизни не вернусь!
Последнюю ночь мы с друзьями провели на море, жаря на костре креветки! Я ела и плакала, моя душа прощалась с детством, с романтикой, и с Родиной!
Через всю жизнь я пронесу в своей душе и памяти эти три недели счастья, и эту последнюю ночь на Балтийском море.
17.
Улетала я в Академию с тяжестью на душе. Мама, как всегда, собрала кучу вещей и всяких вкусностей.
Все-таки мы особенные - славяне! Первое, что сделает любой славянин, в любом столетии - это накормит странника и даст еды с собой в дорогу- это СВЯТОЕ! Это закон для РУСИЧА!
Вот и мне мама надавала столько пирожков, что пришлось делиться уже в челноке, пахло непередаваемо! Народ глотал слюнки, пришлось делиться с экипажем, все-таки СВОИ!
Вечером связалась с Бруно, он был очень уставший, невысыпанный. Сказал, что много работы, что сокращён штат помощников, требуется больше командного состава для военной флотилии, так что он теперь второй помощник капитана. И только сейчас я обратила внимание на его новые лычки.
- Бруно, почему ты мне не сказал, что тебя повысили? - насупилась я.
- А что бы изменилось? Ты бы быстрее приняла мои ухаживания за тобой? - спросил он, смотря мне прямо в глаза.
- Опять ТЫ!!!
- Катюша, когда я с тобой..., я только с тобой! И думаю только про тебя! А когда я на работе...То тоже думаю про тебя, про нас. Я хочу быть уверенным, что ты только МОЯ! И ничего с этим поделать не могу, извини! - и развел руками в стороны, резко скривившись от боли.
- Ну, что опять, капитан? Что на этот раз?
- Огромный синяк на боку... И всё!
- Не верю...., покажи! - спокойно сказала я.
Он посмотрел на меня, я лежала на кровати в лёгком домашнем халатике, он медленно кивнул и произнёс:
- Хорошо, я сниму китель.... Если ты снимешь...
- Нет, не начинай! - вскрикнула я, выставив вперёд руку.
- А, что я сказал? Снимешь...поясок! - прикинувшись овечкой, сказал он.
- Ни за что, маньяк! - артистически набычилась я.
- Ну, тогда ты не увидишь какое у меня тяжелое ранение! - тяжело произнёс он.
- ГАД! - я вскочила с кровати и села напротив экрана. - Давай не торгуйся, стягивай своё барахло!
- Нет, милая, сначала поясок! - произнёс он, кривясь от боли.
- Но я там вся голая!
- Я тоже!
- Ну, ты сравнил!
Он ждал, периодически кривясь от боли.
- У меня не больше пятнадцати минут... Катюша, так что...нет пояска..., нет кителя!
- Вот...гад! - я встала и медленно развязала пояс. - Ну, а теперь ты!
- Нет, дорогая, я сказал снять!
Я потянула за конец, вытягивая его из халата, изображая полное равнодушие к происходящему. Он, молча, смотрел, я видела, как на его скулах играют желваки.
- Что опять не так? - возмутилась я.
- Не двигайся и смотри на меня...- сквозь зубы проговорил он.
Я кивнула, не сводя с него глаз. Он стал расстегивать китель и опустил голову вниз, шевеля под столом руками, потом, подняв голову, сверкнул глазами и произнёс: