Сейчас непонятно почему девушке хотелось проснуться от кошмара, что она сотворила собственными руками, встать с постели и отправиться на полную солнечного света кухню с запахом горелой еды и едкого дыма от раскаленного масла. Сильно зажмурившись, девушка легла на пол рядом с мужем, но вновь открыв глаза, она видела ту же ужасающую картину: бледное лицо мужа, окровавленную шею, собственные руки в крови. С момента первого убийства ее не мучило никакое угрызение совести, так как она верила в правильность своего дела. Так и сейчас, чтобы избавиться от навязчивой мысли, искренности собственных чувств, Женя стала судорожно копаться в памяти, вспоминая все плохое, что он когда-либо ей сделал. Ей всегда удавалось свалить на человека груз собственных ошибок, обвинив его во всех смертных грехах и жестоком отношении не только к ней, но и к окружающим.
- Я как санитар, - еле слышно проговорила девушка – санитар, который освобождает общество от жестокости и несправедливости.
Мысли девушки вернулись в школьные времена, когда она еще была глупая, добрая, обиженная судьбой Катенька. Она вспомнила себя шестнадцатилетней, когда после очередных оскорблений от полных жестокости одноклассников она сидела на скамейке около школы. Из учеников почти никого не осталось, тогда она и встретила свою первую любовь в лице Романа. Но на невзрачную девчонку он не обратил никакого внимания. Он шел после тренировки по спортивной стрельбе, Кате он показался самым красивым парнем. Проходя мимо, он бросил мимолетный взгляд и сказал «привет» тогда на душе у девушки наступила весна с теплым солнышком, прохладным ветерком и распускающимися цветами. Но к сожалению после этой романтической для Катеньки первой встречи, следующая встреча была не такая приятная и радужная. В очередной агонии непонятной к ней ненависти Борис бросил в нее стаканчиком и, к сожалению, как сказал бы оптимист, стаканчик оказался наполовину полон, содержимое стаканчика оставило белые разводы на черной кофте бедняжки. Она стояла в гардеробной, все присутствующие смеялись, слезы градом срывались вниз, в ногах валялся злосчастный стаканчик из-под молочного коктейля, но самое ужасное было то, что Рома стоящий в толпе этих жестоких зевак тоже смеялся, девушка вся красная от стыда и позора бросилась бежать прочь. Все было как в тумане, это воспоминание отозвалось болью на душе Катюши, она почувствовала просыпающуюся жестокость. Не оставил себя и случай с запиской, когда Рома в очередной раз предательски посмеялся над ней.
Женя ощутила контроль над собственными чувствами, ощутила как трезвость и хладнокровность ее разума возвращается к ней. Она больше не бедная и запуганная Катюша, она уже давно Евгения. Сначала она села на колени и уже безразлично взглянула на тело мужа. Медленно поднявшись, она достала большой разделочный нож, точными движениями она выцарапала на рукоятке разбитое сердце. За десять лет ей приходилось проделывать это ни один раз.
- За мое разбитое сердце, Роман Прозин, я заберу твою жизнь и разобью твое сердце.- С этими словами она опустилась на колени и, держа нож обеими руками, она замахнулась над областью сердца, хриплые вздохи заполнили кухню, Рома с трудом поднял тяжелые веки, рука дрогнула и зависла в воздухе. Сомнения снова окутали девушку. Любовь к Роме была настоящей, не была игрой, которую Женя себе придумала. Она отбросила нож и снова расплакалась. Женя поднялась на ноги и взглянула вниз на тело собственного мужа. Внутри все сжалось болью, ей было сложно управлять чувствами. Глаза Ромы были пустые, в них погас тот огонек, с которым он всегда смотрел на свою обожаемую жену, рот приоткрыт, нижняя челюсть слегка скривилась, пылая алым пламенем на бледной коже.
Евгения словно под гипнозом не могла оторвать глаз от практически безжизненного тела, в котором застыла сама смерть. В какой-то мере она даже любовалась телом, как любуется художник своей картиной. Лицо Ромы приняло безмятежный вид, она избавила его от прожигающей боли, от разочарования. Она успокоила его сердце даровав ему смерть. Не отрывая взгляд от тела, она выдвинула ящик и на ощупь достала ножницы. Кровавыми руками она раздели волосы на две большие пряди, которые перекинула через плечи вперед, отмерив длину чуть выше плеч, она состригла волосы, которые густой копной пали к ее ногам. Она сама не понимала, что делает, все это казалось жутким сном. Она нервно покусывала губу, чтобы вернуться в реальность.
Оставаться в доме Романа Прозина девушка больше не видела смысла, смыв следы преступления с собственного тела, она переоделась. В черную кофту с ажурным воротом, который так удачно скрыл порез на шее и черные широкие брюки. Она больше не Евгения, этот персонаж сыграл свою роль, теперь нужно воплощать в жизнь кого-то другого. Екатерина беззаботно разгуливала по дому, обливая все бензином. Находясь у выхода, она зажгла спичку, было достаточно одной искры, чтобы от главы жизни Евгении Прозиной ничего не осталось, но к разочарованию Катюши, спичку в ее руках кто-то задул. Ошеломленная, девушка повернулась, за ее спиной стоял Кирилл. Аслан хладнокровно держал девушку на прицеле. Кирилл, задев девушку плечом, проскочил в дом. Он не понимал, что случилось, действовал на автомате, но внутренний голос подсказывал, что случилось что-то непоправимое. Он суетливо осматривал дом. Когда он на кухне нашел лежащего на полу Романа, его сердце на мгновение остановилось, а потом болезненно забилось, раздувая горе по венам.