Глава 24
Всю ночь полицейские не спали, участок угнетал своей тишиной. Даже первые лучи яркого солнца не разрушили присутствующий траур.
Кирилл бы вне себя от горя, от веселого легкомысленного парня не осталось и следа. Лицо как-то неестественно вытянулось, приняло серый цвет, синяки под глазами блестели грязно-синим цветом. Взгляд поникший, озлобленный. Перед глазами было тело его самого близкого друга, в смерти которого он винил себя, будь он серьезнее и внимательнее может смог бы предотвратить трагедию.
Аслан, несмотря на внешнее спокойствие, чувствовал опустошение, словно понемногу каждая клеточка его организма умирает в агонии, оставляя после себя выжженную плоть. Он хотел сейчас же собраться и уехать из этого города, забыть все это все случившееся как страшный сон.
Тесть ДНК подтвердил, что Евгения Прозина и Екатерина Корочкова один и тот же человек.
Полицейским немало сил потребовалась, чтобы зайти в допросную комнату к так долго разыскиваемому преступнику.
Екатерина сидела спокойно, на ней была синяя тюремная форма, на руках позвякивали наручники. Сейчас эта девушка не была похожа на Евгению, несмотря на то, что девушка выглядела довольно хорошо: ровный цвет лица, розоватые щечки, наглое выражение лица. Перед полицейскими сидела незнакомая бессердечная женщина.
Аслан, пересилив свое отвращение, сел напротив преступницы. Кирилл же остался стоять позади.
- И так, Екатерина Корочкова, вы обвиняетесь в серии убийств – Начал говорить следователь, но столкнувшись с холодным, равнодушным взглядом девушки почувствовал, как мурашки пробирают все тело.
- Как ты могла убить его?! – Крик вырвался из Кирилла. - После всего, что он для тебя сделал! – Голос был полон ненависти, отчаянья и бессилия – Он тебя спас, а ты!- Кирилл терял самообладание, разум от горя помутился, он не различал лиц, ему казалось, что все это происходит не с ним, словно он сторонний наблюдатель этого невыносимого кошмара.
- Думаешь, меня надо было спасать? - Жутко улыбаясь, проговорила девушка.
Кирилл почувствовал, как глаза закололо от поступающих слез.
- Ты мерзкая бездушная тварь! – закричал Кирилл и бросился на равнодушно улыбающуюся девушку.
Аслан резко вскочил со стула и преградил Кириллу путь.
- Прекрати! – Командным голосом сказал следователь, - Тебе лучше уйти!
Кирилл дрожащей рукой смахнул катившуюся по щеке слезу и пошатнулся, ощущая сильную слабость.
Екатерина громко засмеялась, словно кто-то рассказал ей очень забавную шутку. Мужчина уставился в это такое знакомое, но такое чужое лицо. Катя будто и добивалась ненависти, презрения к себе. Ненависть других заглушит в ней пустоту, заставит чувствовать. Как бы она не старалась концентрироваться на плохих эмоциях, в пустоте внутри, которая, как ей казалось, могла бы поместить мириады звезд, она чувствовала ноющую тоску по человеку, убив которого рука ее не дрогнула.
Аслан помог помощнику покинуть допросную, он как слепой отстраненным затуманенным взглядом побрел по коридорам, то и дело натыкаясь на сочувствующие взгляды коллег. Никто не осмеливался подойти к нему, он в своем беспросветном горе был совершенно один. Так часто бывает, что люди безразличны или же обессилены перед чужим горем, одним хочется спрятаться и не терзать себя чужими страданиями, а другие не знают как себя вести в таких ситуациях и потому просто молчат с глуповато виноватым видом. Кирилл дойдя до конца коридора, уверенно поплелся обратно, старательно перебирая своими ватными ногами. Он остановился напротив стекла, которое внутри выглядело как зеркало.