– Мне так не нравится.
Дима на секунду оторвал глаза от экрана.
– Что именно? – спросил он. Такие разговоры обычно имели два направления: либо женщины пытались придать их отношениям формальный характер, либо, что случалось реже, имели какие-то претензии по поводу секса.
– Это место.
Они были в каком-то люксовом номере гостиницы с почасовой оплатой. Кровати здесь были удобными, комнаты аккуратными, вид по-своему красивым, если можно считать красивым мегаполис, и даже запах ароматических масел был приятен. Однако Кате все равно тут не нравилось. Как и многие мизантропы, склонная к неврозу, она думала слишком много и слишком неуместно.
– Что, слишком мелко для тебя? – усмехнулся Дима. – Богатые девочки плавают в аквариуме побольше?
Катя кинула на него гневный взгляд, но он его проигнорировал.
– Не в этом дело.
– А в чем же?
– Ни в чем, – огрызнулась Катя, растирая фильтр между зубов.
Катя не могла объяснить. Просто такие места казались ей отвратительными, мерзкими. Все знали, зачем существуют эти гостиницы. И девушка на ресепшене, и персонал гостиницы – все, казалось, были вовлечены в их небольшой tête-à-tête, и оттого стены казались ей почти прозрачными, точно их и не было вовсе. Катя не могла здесь расслабиться. Ее чуть не тошнило, когда она об этом думала.
– Мне здесь не нравится.
– Хорошо, в следующий раз пойдем в другое место, – легко согласился Дима. Спорить с ней не было нужды. – Москва большая.
Катя готова была зарычать. При всей своей прямолинейности она не могла сказать, что именно ей не нравилось, в душе понимая, что это прозвучит по-детски капризно. При всей своей проницательности Дима отказывался идти ей на встречу.
– Если хочешь, можешь сама что-нибудь поискать, – предложил Дима, продолжая листать Instagram. – Я оплачу.
Катя была похожа на кипящий чайник: в лицо бросилась краска, и из ушей вот-вот должен был повалить пар. Усилием воли она взяла себя в руки и бросила:
– Моя квартира.
– Что?
– Моя квартира, – зло повторила она.
– А, так вот в чем дело, – протянул Дима. – Боюсь, она совершенно не приспособлена для такого рода вещей.
И правда, у Кати в тумбочках хранились конспекты и провода от зарядок, а не лубриканты и презервативы разного вкуса и размера.
– Чем тебя не устраивают отели? – продолжал Дима. Если он и издевался над ней, то не выдал этого ни единым жестом. Казалось, он и правда не понимает, почему Катя упорствует.
Она промолчала. Дима оторвался от экрана телефона и посмотрел на ее спину, спрятанную под махровым полотном халата. Еще одна причина, почему он не связывался с девственницами – их непонятное стеснение. Даже если персонал гостиницы знал, зачем сюда приходят люди всех возрастов, им было на это абсолютно плевать. Конечно, может, горничные знали об этой стороне больше, но пользоваться их услугами было всяко удобнее, чем то и дело стирать и выглаживать собственные простыни. К тому же, в современных многоэтажках стены были более чем тонкие, и лучше единожды покраснеть перед горничной, у которой вас таких озабоченных сотни на неделе, чем перед соседом, с которым вам в одном доме еще жить.
Дима не понимал, как подобные загоны могут существовать в голове человека, так самозабвенно отдающегося в постели. В то же время ему не очень нравились встречи вне нейтральной территории, даже если не в его квартире, потому что привычка порождала чувства, возможно, более сильные, чем любовь. Но в тот момент он ощущал себя выше быта, поэтому со смешком сказал:
– Если тебя так сильно заботит участие в этом других лиц, то ладно. Можем ездить к тебе. Но…
– На ужин даже не надейся.
Дима качнул головой, соглашаясь.
– Удивительно, мы мыслим в одном направлении. Новые правила?
– Да, – Катя раздраженно уничтожала бычок о дно пепельницы. – Первое: ты не приезжаешь, не предупредив меня.
– Второе: ты не настаиваешь, если я не хочу приезжать.
– Третье: ты не оставляешь своих вещей. И четвертое: я тебе не готовлю и не стираю.
Дима рассмеялся.
– Вот бред, с чего бы мне!..
– Это ключевое. Я не собираюсь становиться твоей девкой на прицепе.
– Понял. Тогда пятое: я не остаюсь на ночь.
Теперь рассмеялась Катя.
– Это что, угроза?
– Нет. Просто не хочу недопонимания.
– Отлично. Это нам подходит.
– И самое главное, шестое, – добавил Дима. – Нет никаких «нас».
– Ты не перестаешь меня радовать!
Катя застегнула юбку и подхватила сумочку.
– Мое такси подъехало, – объявила она. – Провожать не надо.
Дима махнул ей рукой с кровати. Дверь закрылась.