причинной направленности этой связи. Биолог Рут Хаббард утверждает:
«Если общество одевает половину своих детей в короткие юбки и не велит им двигаться так,
чтобы были видны трусики, а другую половину — в джинсы и комбинезон, поддерживая их
желание лазать на деревья, играть в мяч и другие активные дворовые игры; если позже, в
юности, детей, которые носили брюки, убеждают, что „растущему мальчишке надо много
есть", вто время как дети в юбках предупреждены, что надо следить за весом и не толстеть;
если половина в джинсах
78
бегает в кроссовках или ботинках, в то время как половина в юбках ковыляет на шпильках, то
эти две группы людей будут различаться не только социально, но и биологически»'!.
Мы знаем, таким образом, что не можем говорить о биологической основе тендерного
различия и тендерного неравенства. Но что мы можем сказать? Мы можем сказать, что био-
логические различия обеспечивают сырье, из которого мы начинаем создавать наши
идентичности в рамках культуры и общества. «Биологическая сексуальность — необходимое
предварительное условие для человеческой сексуальности, — пишет историк Роберт Падгуг.
— Но биологическая сексуальность — только предварительное условие, набор
потенциальных возможностей, который всегда бывает опосредован реалиями жизни человека
и трансформируется в качественно новых формах в человеческом обществе»72.
В заключении к своему мощному обвинительному акту против социал-дарвинизма, изданному
в 1944 г., выдающийся историк Ричард Хофстедтер указал, что биологические идеи вроде
выживания самых приспособленных, «независимо от их сомнительной ценности в
естествознании, являются совершенно бесполезными в нашем желании понять общество.
Хотя жизнь человека в обществе — это, в том числе, и биологический факт, но человек имеет
характеристики, не сводимые к биологии, которые необходимо объяснять посредством
культурного анализа. Физическое благосостояние людей является результатом их социальной
организации, а не наоборот; социальные усовершенствования являются результатом прогресса
в технологии и социальной организации, а не размножения или селективного отбора.
Суждения относительно ценности соперничества между людьми, организациями или нациями
долимы базироваться на социальных, а не якобы биологических умозаключениях...»73
Ученые должны все же обнаружить ген, несущий ответственность за веру в приоритет
природы над воспитанием; еще не ясно, какая половина мозга уничтожает свидетельства куль-
турных или индивидуальных отклонений от эволюционных императивов. Может быть,
человеческое легковерие в псевдонаучные объяснения заложено в определенной хромосоме?
Специалисты по социальным, биологическим, поведенческим наукам продолжают не
соглашаться друг с другом, поскольку ищут источники человеческого поведения. Но все они
должны признать, что люди в различных культурах ведут себя по-разному к что даже схожие
модели поведения могут означать разные вещи в различных контекстах.
79
Американцы, кажется, отчаянно хотят верить, что различия между женщинами и мужчинами
существенны и что эти различия можно свести к их биологическому происхождению.
Недавняя статья, аннотация которой дана на обложке журнала «Ньюсуик», обещала дать ответ
на вопрос «Почему мужчины и женщины думают по-разному?», хотя на самом деле она, при
всей проблематичности представленных данных, завершалась словами: «Исследования
покажут, что наши идентичности мужчин и женщин — это создание и природы, и воспитания.
Независимо от того, что с нами делает природа, только мы сами — наши решения, наше
чувство идентичности, наш жизненный опыт — определяем то, чем мы являемся»74.
Как мы делаем это, как создаем идентичности из нашего опыта, как понимаем наши
жизненные впечатления и решения, которые мы принимаем, — все это область социальных
наук, которые стараются исследовать замечательное разнообразие человеческого опыта.
Биологические исследования могут предложить нам основные строительные блоки, на
которых будут базироваться опыт и идентичность, но только в рамках наших культур, наших
обществ и наших семей эти строительные блоки собираются в удивительно разнообразную
архитектуру нашей жизни.
Глава 3
Охватывая мир. Межкультурные конструкции
тендера
Нет лучшей проверки цивилизации, чем состояние той половины общества, над которой другая половина