Вольные бродяги никогда не были полноценными самураями. Женщины, по согласию или без него, имевшие интимные дела с генетически измененными, нередко беременели и рожали полукровок. Иногда почти не отличимых от обычных людей. Чаще, нежизнеспособных инвалидов. В третьем же случае, дети наследовали от своих отцов ослабленные или искаженные свойства измененного генома. Способности к контролю Ци, мощное телосложение и агрессивный склад ума. Прямая дорога для таких была к стражам закона, или же, наоборот, в лесные братства любителей чужого добра.
Вооруженные чем попало, в самодельной, украденной при мародерстве или снятой с трупов броне, нестройной толпой они устремились к гостеприимно разверстому перед ними пролому в стене. Они прекрасно понимали, что их послали вперед только потому, что они самое дешевое мясо из разношерстного сборища «либеральных оппозиционных сил», но разведчики уже донесли о том, что гарнизон города уничтожен, а значит осталось сломить сопротивление горстки отчаянных уцелевших и можно приступать к повышению собственного благосостояния. Кто им будет противостоять? Визгливые жирные умники, что так любят покричать о бесполезности и злодействах сил закона? Изнеженные слабаки, возомнившие, что у них есть хоть какие-то права, даже если за их спинами нет цепных псов государства?
Лично вожак был убежден, что у мелких человечков есть только два выхода — быть рабами той правовой системы, в которую их загоняет аристократия, или стать рабами тех, кому на права и свободы вовсе глубоко плевать. Жалкие, беспомощные игрушки великих сил! Сейчас, перед ним целый город таких игрушек.
Скорее бы добраться до них! Чистеньких, ухоженных, писклявых!
— Встать на раздачу! Кинуть мост! — первые десятки бандитов, топча тяжелыми сапогами разбитые в щебень камни, перебрались через пролом и заняли позиции в обороне, а остальные принялись разгребать завалы.
— Верхарь! — подбежал один из авторитетных бандитов к вожаку. — Серебро! — он указал на отряд из пяти десятков солдат городской стражи, что подоспели к пролому слишком поздно и теперь наблюдали за врагами с приличного расстояния, из-за сомкнутых щитов и изготовленных к бою копий. — Дай мах, мы с родняками их на точенки положим!
— Не лепи раньше прокурора, Жмых! — вожак грохнул своей палицей по щиту подчиненного. — Серебро не щебень, с ним кору тереть на нервах надо! Ща мост наладим, разом кинем чьи коры тяжелее.
Пуская в дело Ци с элементом Земли и недюжинные физические способности, бандиты шустро расчистили ровный проход от края до края пролома. «Мост», свободный путь для отхода, готов.
— Покатили ежа!
Лесная армия хлынула в город. Толпой свирепых мордоворотов, жесточайше соскучившихся по бесчинствам и кутежу.
— Не вразвал! — подняв маску, проорал в мегафон вожак. — Все, одной горстью! Шуршим на нервах, пасем серебро!
Перед ними раскинулась широкая улица, по которой, при виде того, как растет толпа врагов, пятился отступающий отряд стражи. Из домов, при приближении начавших продвижение захватчиков выскочило несколько горожан. С мешками на плечах, они тотчас бросились наутек. Может, задержавшиеся в опасной зоне местные жители, может, особо нахальные мародеры. Свистнуло несколько стрел и посторонние кувырком покатились по мостовой. Просто так. Чтобы не маячила всякая шваль перед серьезными людьми, занятыми опасным делом.
— Подпорные, подарки не заворачивать! — командовал вожак, приказывая тем, что позади и в гуще сил, держать оружие наготове. — Плотнее горсть! Ко второй упаковке! Чешем, чешем братва! Затопчем центральную коробочку, тогда и пофестивалим!
Место прорыва было выбрано удачно, вторая линия стен виднелась не слишком далеко и бандиты быстро добрались бы до нее, но ощетинившаяся дубинами и топорами, толпа покатила по улице без лишней спешки, настороженно приглядываясь к проходам между домами и ответвлениям улиц. Легкие разведчики перескакивали с крыши на крышу и оглядывались по сторонам в поиске противников. Не может же быть, чтобы город был отдан без малейшего сопротивления!
— Вата. — намекая на тишину, сказал авторитет, продолжающий держаться возле вожака. — Затихарились или зажмурились?
— Может и шуршанули всей кодлой, только самая блестящая пыль осталась. — взмахом дубины, вожак указал на ближайший дом. — Потрясите коробочки! Для интересу!
Он правильно догадался.
— Ждем, ждем… — тихо наговаривал в рацию лейтенант Осаму, сдвинувший пальцами занавеску и осторожно наблюдающий за тем, как втягиваются в город бандиты наступают на беспомощно пятящийся отряд городской стражи. — Ага, зашевелились. Всем, на счет «три»! Раз… два…