— Братик вернулся! — с восторженным взвизгом она ринулась на Корио, прыгнула и едва не вышибла его обратно наружу, приземлившись лису на грудь, цепко обхватив его ногами поперек туловища и обняв руками за голову. — Вернулся! Вернулся! Наконец-то! Ах-ха-ха-ха!
Серые стражи галантно закрыли за своим генералом дверь, а Корио уронил сумку на пол и, подняв руки, с игривым рычанием цапнул сестру за бока.
— Ага, попалась! — захохотал он, беспощадно щекоча заливисто смеющуюся и брыкающуюся девчонку по ребрам. — Вот я тебя сейчас, безобразницу такую, загрызу-замучаю!
— Ай-йай-йай! — Бьякко крутилась и вертелась ужом, она вывернулась из-под рук Корио, приземлилась пятками на мягкий ковер и тут же прыгнула обратно в объятия брата.
Это продолжалось несколько минут, прежде чем вдоволь наобнимавшиеся и натискавшиеся лисы обратили внимание на еще двух обитательниц лисьего убежища, вышедших в коридор и с улыбками наблюдающих за возней озорников. Ближе к лисам стояла темнокожая женщина старших лет, великая мать верховного храма шиамов, спасенная лисом из смертельной ловушки и ставшая воспитательницей его невозможной сверхэнергичной маленькой сестры. Из-за спины жрицы, словно из надежного укрытия, выглядывала темноволосая и худощавая девочка-подросток, с помощью которой две местные, враждебные к Корио интриганки пытались разжечь тлеющий конфликт между ним и Хебимару. Жуткая история осталась позади, в компании лисиц юная рабыня успела немного оттаять от пережитых ужасов и теперь стояла на месте, невыносимо желая так же как Бьякко броситься Корио на шею, но страшно стесняясь обозначить свое присутствие хоть одним движением или звуком.
— С возвращением, Корио-сама. — сказала жрица, поклонившись мальчишке. — Наконец-то вы дома.
— Простите, Аканэ-сан, что причиняю столько беспокойств. — Корио поклонился в ответ жрице, подмигнул Каджими и цапнул Бьякко за бочок. — А что это вы все обе такие растрепанные? Вот эта вот мелкая кусака постаралась? — он принялся цапать сестру, вертящуюся, весело взвизгивающую и защищающую бока прижатыми руками. — Сознавайся, богиня безобразий, по потолку здесь без меня ходила, да?
— Ай-ой! Хватит! — стерпев четыре атаки, Бьякко развернулась, пару раз небольно хлопнула Корио по рукам и с жадным интересом спросила: — Братик, а ты нам что-нибудь привез?
— Конечно! — Корио поднял сумку. — Сначала, сестренка, вот тебе знаешь что? — он вынул небольшой серебряный браслет, на котором маленькими блестящими камешками был выложен значок музыкальной ноты и название группы «Аметист». — Это самый настоящий…
— Браслет «Аметистов»!!! — Бьякко с восторженным взвизгом, сцапала браслет. — Они в этом году на «Северном Сиянии» выступали, восьмое место заняли! Аканэ-сан, смотрите, здесь, внутри, гравировка с именем певицы! Мию-чан! Помните, у нее вот такой бант был над левым виском, и серебряные розы на рукавах!
Она явно применила гендзюцу, чтобы иллюзиями проиллюстрировать свою болтовню, но благодушно улыбнувшись девочке, жрица шиамов с возмущением посмотрела на Корио.
— Не нужно строгих взглядов, Аканэ-сан, ничего ни у кого я не крал. — уверенно заявил Черный Лис. — Нет, конечно, я проник в гримерку маленьких звездочек и взял этот браслет из личного ящичка той самой Канэги Мию, но не просто так, а оставил письмо, в котором сознался в содеянном, попросил прощения и объяснил, что этот сувенир сделает счастливой одну добрую маленькую девочку, которая больше всех переживала за их группу на недавнем музыкальном фестивале. Посоветовал показать это письмо учителям в доказательство того, что браслет не сам собой потерялся. Теперь ей, без единого упрека, просто сделают новый и девочка даже не будет плакать! Так что никто не обижен и это было не воровство, а акт открытого вежливого разбоя!
— Корио-сама! Я вас умоляю, подумайте, как вы влияете на сестру! Бьякко, милая, не учись у брата плохому.
— Да! Не учи меня плохому, Корио-ниисан! — нахально заявила маленькая лиса. — А в следующий раз, раз уж Единство начало войну, давай я у какой-нибудь их малявки вообще все украду, а ты замок взорвешь, чтобы никто ничего не заметил!
— Бьякко! — в возмущении вскричала Аканэ, а рыжая безобразница подскочила на месте, нырнула ей под руки и ушмыгнула в свою комнату прежде, чем жрица успела ее сцапать. — А ну, вернись!