— Четвертый! Не вижу врага! — начали они перекликаться по рациям с другими парами.
— Шестой! Не вижу!
— Пятый! Не вижу!
— Отставить беготню! — на краю крыши появилась фигура высокого воина в легкой броне лейтенанта городской стражи. — Стойте, где стоите! Не упускайте друг друга из вида даже на минуту!
— Осаму-сама! — десятник поклонился командиру. — Йома только что был здесь! Срочно нужен храмовник, пока след не остыл.
— Войска блокировали четыре квартала, окружили плотным кольцом. Сенсоры, боевые жрецы, тысяча армейских самураев с капитаном и лейтенантом. Наместник выдал нам спецсредства, выводит личный отряд из центрального замка. Готовится облава.
— Личных выводит? Нехило. А что за спецсредства? Военная тайна?
— Доски какие-то. Со схемами, похожими на те, которыми Ци проверяют на упорядоченность. Может, еще раз хотят попробовать по образцу Ци лису вычислить? Полудохлый Кэндзо на этом погорел, но, значит, неубедительно.
— Неужели, господин лейтенант, это на самом деле лис? — осторожно поинтересовался десятник. — Тот самый?
— Все улики против него. Только ты… помалкивай об этом, понял? Если пройдет слух, что Серые пришли за наместником, в городе народ может заволноваться.
Десятник кивнул пару раз и быстро глянул на солдат, что с независимым видом стояли справа и слева, настороженно озирающихся и усиленно делающих вид, что не прислушиваются к разговору начальства.
От человека к человеку, по улицам города несся шепоток:
— Двоих оранжевых ублюдков, что на людей в поездах охотились, в морг притащили!
— Йома почувствовал страх их жертв, нашел и прикончил уродов, а людей не тронул!
— И кого-то, похожего на этих бандитов, в банке видели! Сначала одного, потом второго!
— Лиса приняла их облик и забрала бандитские деньги!
— А потом напала на конвой с деньгами кровавой семьи Симада.
— Когда самураи запустили в толпу какое-то мощное дзюцу, она смогла отвести удар от людей! Раненных много, но никто не погиб!
— Ее саму в кашу по земле размазало, а она восстала из мертвых и все уроды из Симады побросали оружие, чтобы быстрее бежать за подмогой!
— Она ворвалась в чужой дом, но никого не тронула, только из холодильника выела все продукты!
— И из изуродованного мертвеца снова стала человеком! Ни одной раны не осталось!
— Это точно Черный Лис! Некому больше.
— Лис пришел за наместником?
— За кем же еще?
— В нижнем городе народ на улицы выходит.
— Неужели бунт?
— Надо на витринах ставни закрыть.
— Скажу своим, чтобы в подвале спрятались.
— В доме брать нечего, может, не тронут?
Шум нарастал, но город пока еще продолжал жить своей обычной жизнью. Даже в окруженных самураями кварталах большинство людей еще не замечало что что-то где-то происходит. Юэсуги Момоэ, из последних сил отстоявшая смену за кассой в продуктовом магазине, приплелась домой и как раз закончила разгружать в холодильник два пакета с дармовой просрочкой. Усталая и злая, она открыла почти опустошенную банку с кофе. Снимает усталость, бодрит, поднимает настроение? Надо покрепче заварить. Впереди два дня выходных, сегодня придется как следует потрудиться, а выспаться она еще успеет.
Пока варилось кофе, Момоэ вынула из пачки сигарету, приоткрыла окно и закурила, выдыхая дым в щель между ставнями.
Восемь часов вечера. Подруга через час будет ждать у входа в парк. На улице темнеет, сейчас в парке начнут зажигать фонари и сама собой создастся романтическая атмосфера. Толпы отдыхающего народа, музыка. В баре дешевое пиво. То, что надо двум одиноким симпатичным девушкам, уже шестой год пытающимся отыскать в большом городе настоящих принцев. Тех самых, единственных и неповторимых…
Вот еще бы судьба не издевалась! Вместо принцев, гадина, подсовывает каких-то придурков, нищебродов, маменькиных сынков и алкоголиков. Неужели во всем этом скопище идиотов не осталось ни одного настоящего мужчины? Решительного, сильного! С собственной квартирой и небольшим бизнесом. Ну, или с приличной должностью на верфи. Ох, как хорошо там сейчас зарабатывают!
Девушка глубоко вздохнула, от души затягиваясь сигаретой.
Может настоящие мужчины и вымерли, но сегодня один обязательно найдется! Потому что все достало до ужаса! И работа эта проклятая, и счета бесконечные, и житье в крошечной съемной квартирке! После стольких лет издевательств, что-нибудь хорошее просто обязано случиться!
Громкое шипение убежавшего кофе заставило Момоэ вздрогнуть, очнуться от мыслей и броситься к плите. Она сняла кофейник с огня, закрыла газ и с ненавистью посмотрела на расползающееся по плите шипящее коричневое пятно. Вот ведь зараза! Еще и это теперь убирать. Когда же кончится проклятая «черная полоса»?