И люди, и животные — беспомощные игрушки в руках властелинов мира.
— Сейчас бросят! — По общему ритму действия, раб-лакей угадал момент.
Сдерживающие цепи от входов в подземелье потеряли натяжение и с грохотом упали на мостовую. С бешенным ревом разинув пасти, три чудовища совершили рывок и всей своей массой обрушились на людей.
— Сюда! — перед одним из троих встал храбрый раб. Лакей замахнулся, над его рукой затеплился едва зримый туман Ци, но бить… некуда.
Исполинский боевой зверь, оказавшись перед визжащей от ужаса людской толпой, не потянулся к жертвам пастью и не подставил под удар морду, как на то надеялся отчаянный храбрец, а встал на дыбы, своей тушей заслонив мрачное серое небо над головой крошечного, беспомощного ничтожества.
Измененный генетически, но не тренированный и не закаленный в боях, слуга успел только сипло выдохнуть перед тем, как огромные копыта чудовища обрушились на него. В один миг, жалкий человечек был вбит в мостовую, с такой силой, что кровь и кишки брызнули во все стороны из его тела, лопнувшего и обратившегося в фарш.
Громадный монстр даже не заметил, что какой-то малорослик пытался бросить ему вызов. Слишком много было перед ним живой визгливой массы! Слишком много тех, на кого можно выплеснуть всю свою ненависть, ярость и жажду убийства! Разорвать! Разорвать их всех!!!
Увидев гибель единственного человека, что пытался сопротивляться царящему вокруг ужасу, Миоко закричала, закрыла голову руками и упала. Она была маленькой. Очень маленькой.
Намного меньше и незаметнее грузной полнотелой женщины, что стояла позади нее. Рабыня, что служила в богатых домах кормилицей и нянькой для хозяйских детей, попыталась заслониться руками, но это, конечно же, ни чем ей не помогло. Разверзшейся зубастой пастью, монстр сграбастал ее и рванул, выдирая добычу из кандалов. Тоненькие, рассчитанные на людей цепи полопались и чудовище, мотнув головой, с размаху шибануло нижней половиной тела няньки о мостовую сначала справа, затем слева от себя. Так делают хищники, чтобы вонзенные в жертву клыки нанесли широкие и глубокие раны. Конь мог бы просто откусить этому большому, но небронированному человечку верхнюю часть туловища, но сработали инстинкты. Задрав голову, пожиратель в пару глотков отправил агонизирующую жертву себе в брюхо и тут же рванулся за новой добычей. К интеллигентного вида хромому старичку, что в истерике отмахивался от кровавого людоеда своей нелепой тросточкой.
Трость отскочила от толстой шкуры чудовища, не причинив ни малейшего вреда, а лютый зверь зарычал от наслаждения, когда последний вопль жертвы резко прервался и кости добычи захрустели, ломаясь под давлением монструозных челюстей.
Кони били копытами, хватали людей пастями, отрывали жертвам руки и ноги, откусывали головы и глотали, глотали свежее, брызжущее кровью мясо. Каждый убил не меньше десятка, прежде чем цепи рванули и оттащили Пожирателей от визжащей толпы.
Это только первый акт, что не утолит голод Пожирателей, а только раззадорит и разъярит чудовищ. Все должны видеть, в каком ужасе погибают те, на кого направлен гнев властелина!
— Начали! — скомандовал лорд Сабуро.
Из строя самураев выступили шестеро солдат, вооруженных длинными, шипованными бичами. Удары обрушились на коней, раздирая им шкуру, болью и унижением выбивая из полуразумных животных остатки рассудка.
— Достаточно! Второй акт!
Цепи с лязгом начали ослабляться, позволяя мечущимся и бьющимся монстрам ближе и ближе подступать к безумно орущим от ужаса жертвам.
Молодой парень, кандалы на котором были повреждены во время первого акта, отчаянно рванулся, освободился и, поднырнув под цепь внутреннего круга, что было сил помчался к оцеплению самураев.
Бегущая жертва мгновенно приковала к себе внимание сразу двух хищников. Цепи на обоих тотчас ослабли и зубастые исполины устремились за добычей.
Слишком большое расстояние. Он успеет! Успеет!
— Помогите!!! — истошно завопил раб, как вдруг стрела, пущенная с крыши здания, вонзилась ему в ногу, перебила кость и заставила упасть. — Нет! Не-е-ет!!!
Парень попытался подняться, и в этот момент кони настигли его, одновременно вцепились в жертву и с рычанием разорвали бедолагу надвое.
Цепи тотчас натянулись и поволокли коней обратно.
— Времени было достаточно, чтобы лиса успела добежать сюда с любой части города. — сказал один из телохранителей наместника своему господину. — Неужели она успела выйти за пределы? Или вовсе улетела? У нее ведь есть союзницах крылатая тварь…