«Гнилые скоты»! — взметнув между собой и конным самураем каменную стену, Корио припала на одно колено и коснулась земли руками. Камень мостовой вздулся пузырем, захватил ее в свои объятия и крепко прильнул, превращаясь в непроницаемую для яда броню.
Генерал самураев поднял своего коня-людоеда на дыбы и могучий зверь одним ударом копыт разнес созданную лисой полуметровый каменный заслон…
Ведомое мастерами ниндзюцу, ядовитое облако окутало укрытую камнем фигурку лицедейки…
Со щелчком принявшие новые кассеты, стрелометы направили носы на замершую в неподвижности цель и послали в полет первую четверку стрел с мощнейшими взрыв-печатями на древках…
Корио съежилась внутри своей каменной скорлупы.
«Безликий, дай мне сил»!
«Нет, маленький и слабый человек». - мрачно и твердо ответил ей демон. — «Силу… дашь мне ты»!
Яркий свет люминесцентных ламп ударил по глазам.
Корио дернулась и завыла сквозь кляп, почувствовав невыносимую, сводящую с ума боль по всему ее телу. Вернее по тому, что от ее тела осталось после нескольких дней безостановочных пыток. Покрытый кровью, язвами и ожогами, изувеченный обрубок, без рук и ног, прибитый стальными штырями к деревянному щиту. Перед глазами — багровая пелена, но даже сквозь нее видны скрытые защитными масками лица палачей.
Глава скрытого селения Скалы, черный воин-дракон и несколько его прихвостней, явившихся лично полюбоваться на казнь.
Память Златохвостой Кицунэ. Все как тогда. Пропитанная кровью и ужасом пыточная. Вдоль стен — колбы с трупами и кусками тел тех, кто стал Златохвостой друзьями и близкими. Выставка мертвецов, собранных по всей стране, с единственной целью — показать ненавистной маленькой богине, на что она обрекла этих людей, помутив их сознание и заставив восстать против уродства, зла, жестокости.
Но здесь, в этой демонической иллюзии, до мельчайших деталей повторяющей давнее прошлое, на деревянном щите висела уже не трехлетняя наивная девочка, при пленении пытавшаяся защитить от ужасных врагов любимую плюшевую игрушку.
На щите висел… монстр.
Багровую муть боли разорвали черные молнии. Глаза Корио расширились, вылезая из орбит от чудовищного всплеска нахлынувших на нее эмоций. Губы заткнутого кляпом рта растянулись до ушей, человеческие зубы обратились в острые звериные клыки. Черная Лиса захохотала, зрением демонов глядя сквозь маски на перекошенные от злобы рожи врагов. Думают, что победили? Что вот сейчас убьют беспомощного слабого человечка и ничего им за это не будет?!
Нет, ублюдки! Нет!!! Вы даже не подозреваете, как близка и страшна расплата!
Много раз Корио лгала, рассказывая о том, что Златохвостую Кицунэ утопили в обычной воде. Чтобы не травмировать психику детей и впечатлительных взрослых. Чтобы не провоцировать врагов применять этот же метод казни.
Хохот чудовища заставил черного воина-дракона перемениться в лице. Побледневший, впавший в панику, он бросился к рычагам управления и рванул один из них. Цепи, поддерживающие медленно опускавшийся деревянный щит, высвободились и казнимый монстр рухнул в стеклянный бак, до краев наполненный серной кислотой.
Тело полыхнуло пожаром, но даже сгорая заживо, Корио не прекращала хохотать.
Несколько минут в иллюзии Безликого были равны половине удара сердца в реальном мире.
— Всплеск отрицательных энергий! — дрогнув, тревожно выкрикнул один из офицеров-операторов, а управляющий, державший все это время палец на кнопке, с усилием вдавил ее в пульт.
Сигнал от мозга к руке идет не мгновенно. От передатчика к приемному устройству еще дольше, а активация силовых схем и контуров даже с горячего старта и вовсе занимает две с половиной секунды. Это была проблема, которую техники и био-инженеры Единства до сих пор не сумели решить.
Все факторы, собранные воедино, подарили Черной Лисе почти три секунды.
Сфера заряда алой Ци резким рывком распространилась над каменной фигурой, разрушила чужой контроль над облаком яда и захватила каждую из мельчайших частиц. Новый рывок и все облако яда, без остатка, схлопнулось. Впиталось в окружающую Корио каменную кору.
Разрушая собственную защиту, Корио рванулась назад и копыта генеральского коня сокрушили только опустевшую скорлупу. Туда же, где уже не было цели, ударили и разрывные стрелы с дирижабля.
Окутанная буйствующим пламенем алой Ци, лиса приземлилась на свободный от трупов участок мостовой и тут же, склонившись, коснулась земли руками. Мясо зашипело и затрещало, в воздухе поплыла тяжелая вонь горелого, когда широкое кольцо камня вокруг лицедейки вдруг раскалилось докрасна и потекло, обращаясь в лаву. Напитанный алой Ци, воздух сформировал над Корио торс, голову и руки громадной человекоподобной фигуры. Загребая лаву словно ковшом экскаватора, этот призрачный великан развернулся и, одну за другой, запустил три многотонные лавовые бомбы в сторону дирижабля.