Перо замерло. Вардан знал, что это правда. Его солдаты, озверевшие после месяцев походов, давно превратили насилие в ритуал.
— Тогда убейте.
Девушка ахнула. Звук был тихий, как шелест опавших листьев, но Вардан почувствовал, как тьма под кожей вздрогнула.
— Вы… не хотите взглянуть на неё? — Лоренц сделал шаг вперёд. — Она…
— Вы глухи? — Вардан встал, и офицер попятился. — Уберите это с моих глаз.
Но дверь шатра распахнулась прежде, чем стражники успели двинуться.
— Брат! — Эдриан влетел внутрь, срывая с плеч мокрый плащ. — Говорят, тебе принесли…
Он замолчал, уставившись на девушку. Его глаза, всегда насмешливые, расширились. Кай, вошедший следом, замер как медведь, учуявший мёд.
— Чёрт возьми… — Эдриан медленно обошёл пленницу, словно рассматривая статую. — Откуда они таких берут?
Девушка попыталась отступить, но Кай перегородил выход. Его огромная рука поднялась, чтобы сорвать плащ с её головы, но она резко отпрянула, прижавшись к столу.
— Не трогай её, — Эдриан щёлкнул языком. — Смотри, она дрожит.
— От этого слаще, — Кай хрипло засмеялся.
Вардан наблюдал, как его братья превращаются в голодных псов. Эдриан присел на корточки перед девушкой, игриво подмигнув:
— Как тебя зовут, лань?
Она молчала, но дыхание её участилось. Эдриан протянул руку, чтобы коснуться её волос, и тогда Вардан ударил кулаком по столу.
— Хватит!
Все вздрогнули. Девушка закрыла лицо руками.
— Ты что, слеп? — Эдриан вскочил. — Посмотри на неё! Таких не бывает!
— Бывают, — Кай шагнул вперёд. — Но редко.
Вардан обвёл их ледяным взглядом:
— Вы забыли, где находитесь?
Братья переглянулись. Эдриан первым оправился, сделав изящный поклон:
— Прости, генерал. Мы просто… поражены твоей щедростью.
— Щедростью?
— Ну конечно. Ты же отдашь её нам? — Эдриан улыбнулся, указывая на девушку. — В качестве награды за верную службу.
Кай заворчал одобрительно. Девушка съёжилась, будто пытаясь стать невидимой.
Вардан медленно обошел стол. Его тень, отброшенная факелами, накрыла пленницу, и она вжалась в стену.
— Вам… нужна игрушка? — он остановился в шаге от неё.
— Нужна, — Кай выдохнул, не сводя глаз с её тонкой шеи.
— Тогда берите.
Эдриан ахнул, Кай замер в немом восторге. Девушка подняла на Вардана глаза — впервые. Взгляд был полон не страха, а… разочарования?
— Но… — она прошептала.
Голос. Мягкий, как шёлк, но с хрипотцой, будто от долгого плача. Вардан почувствовал, как тьма шевелится у него в животе.
— Но? — он наклонился, заставляя её откинуться назад.
— Я… не игрушка, — она выдавила, краснея.
Эдриан рассмеялся:
— О, милая, ты даже не представляешь, на что способны мужчины ради такой игрушки.
— Молчи, — Вардан не отводил взгляда от её губ. Бледных, слегка обветренных. — Ты что-то хотела сказать?
Она вдохнула, собираясь с духом:
— Убейте меня.
В шатре стало тихо. Даже Кай перестал дышать.
— Повтори, — Вардан прищурился.
— Лучше смерть, чем… — её голос сорвался.
Он рассмеялся. Резко, безрадостно.
— Ты думаешь, мои братья такие же, как солдатня? — он махнул рукой в сторону Эдриана. — Этот будет читать тебе стихи, прежде чем снять платье. А тот… — взгляд на Кая, — …подарит цветы.
— Вардан… — Эдриан попытался вмешаться, но генерал резко обернулся:
— Вы получите её. Но если я услышу, что она умерла раньше, чем нам нужно двинуться на Ренвальда…
— Не умрёт, — Кай хмыкнул. — Обещаю.
Девушка закрыла лицо руками. Вардан видел, как по её щекам катятся слёзы, но… нет, это не должно его трогать. Он повернулся к карте, снова схватив перо.
— Уходите. Все.
Шатер опустел, но запах её — свежей полыни и чего-то сладкого, как мёд в сотах — остался. Вардан сел, уставившись в карту, но линии сливались в серые пятна. Её глаза. Чёрт возьми, эти глаза.
«Эмоции — слабость», — он с силой ткнул пером в пергамент, прорывая его.
Снаружи донеслись голоса. Эдриана, игривый и настойчивый: «Довезём её на моём коне». Кай, рычащий: «Ты её раздавишь своей клячей». Спор. Смех.
Вардан вскочил, опрокинув стул. Его тени зашевелились по стенам, принимая когтистые очертания.
— Нет, — он схватил кувшин с водой и вылил на лицо. Холод обжёг кожу. — Контроль. Всегда контроль.
Но когда он закрыл глаза, то увидел её. Не ту, что дрожала в углу, а другую — с распущенными волосами цвета пепла, смотрящую на него без страха. С вызовом.
Он ударил кулаком по столу. Боль в костяшках вернула реальность.
— Никогда, — прошептал он пустому шатру. — Никогда.
А в двух шатрах от него, при свете дрожащей свечи, девушка сидела на грубом одеяле. Эдриан принёс ей вина, Кай — кусок сыра. Они спорили, кто будет первым, но оба не решались прикоснуться.
— Как тебя зовут? — Эдриан присел рядом, пытаясь поймать её взгляд.
Она молчала.
— Ладно, — он вздохнул. — Я назову тебя Сильваной. Как богиню рассвета.
— Глупо, — проворчал Кай. — Она больше похожа на Ноктюрну.
Девушка внезапно подняла глаза.
— Лира, — прошептала она.
— Лира… — Эдриан протянул имя, как конфету. — Знаешь, я…
Но она встала, обхватив себя за плечи.
— Я устала.
Братья переглянулись. Кай хотел возразить, но Эдриан схватил его за рукав:
— Ладно. Спокойной ночи, Лира.
Они вышли, оставив её с одной свечой. Лира ждала, пока шаги затихнут, затем подошла к медному тазу с водой. Отражение дрожало: бледное лицо, синяк на скуле, глаза… Она ненавидела эти глаза. Те самые, из-за которых отец заточил её в башне. Те самые, что теперь приковали к ней волков.
— Генерал… — она прошептала, вспоминая его ледяной взгляд. — Ты тоже человек.
Снаружи завыл ветер. Лира погасила свечу, лёжа в темноте и слушая, как два голоса за стеной спорят о том, кому она достанется завтра. Но её мысли были о третьем. О том, чьи руки не дрогнули, отдавая её на растерзание. О том, кто даже не спросил её имени.
А в шатре генерала Вардан стоял у щели в пологе, наблюдая, как братья уходят от её жилища. Его тени лизали землю, тянусь к тому месту, где она лежала.
— Никогда, — повторил он, но на этот раз в голосе прозвучала трещина.