Лиза, уже переодетая в пижаму, потёрла глазки.
— Да. Мы спать хотим.
Кьяхар присел на попку и недоуменно посматривал на саи, периодически позевывая.
Максим поцеловал мелкую в макушку и вышел. А Одуванчик, увидев Кьяхара, направилась к нему. Надо отдать должное, дракончик не испугался, как сидел на попе, так и продолжил сидеть. Саи осторожно приблизилась, обнюхала и, взяв за шкирку, потащила на выход. Остановилась на пороге, обернулась, спрашивая глазами.
— Да, детям спать пора. — подтвердила я. И мы всей честной компанией пошли в мою спальню.
Глава 29
Утро добрым не бывает, особенно после ночи, когда кто-то использует тебя как подушку, батут и матрас одновременно.
Мои маленькие в кавычках саи обожают спать со мной. Каждому из них важно ощущать моё присутствие рядом. В противном случае всю ночь они шипят, рычат и топают. Могут даже подраться.
Нельзя забывать о детях и внуках. Поэтому у меня не обычная двухспальная кровать, а настоящий плацдарм, где всем хватает места для сна. Да, дети подросли, но привычки не меняются. Любой мог прийти на ночь глядя, чтоб поделиться сокровенным. И под шумок уснуть рядышком, посапывая в ухо.
Кто-то скажет, что это нелепо. Ладно женская половина семьи. Девочки они такие в любом возрасте. А мальчики вырастают, и нечего возле подола ошиваться. Угу. Вы это моим сыновьям скажите. Прямо в глаза.
Теперь к этой компании присоединился Кьяхар. Он дважды лизнул меня, чуть не задушил своим хвостиком и решил, что спать на моём бренном тельце удобнее, чем на мягкой кроватке или рядом с шерстяными саями. За ночь он несколько раз отвоёвывал своё место. Пыхтением, сопением и даже покусыванием лапы Рока. Причём это всё происходило, пока малыш спал. Несколько раз пыталась переложить его под бочок. Но он упорно возвращался, пуская слюнки пузыриками и устраивался на моей левой маленькой груди, используя её как большую и мягкую подушку. Почему левую? Так правую заняла Лизавета. А с ней спорить бесполезно, даже когда сладко сопит. Под утро еле уснула и сейчас чувствовала себя как блинчик.
Солнечный лучик, пробиваясь сквозь щель между шторами, щекотал мне нос и глазик. Но не это доставляло дискомфорт и настораживало. А мощное и горячее, как сковородка, тело, придавившее к кровати, и нижние части этого тела, упирающиеся там, где им приятно. Я попыталась пошевелиться, но не смогла — он держал меня крепко. Вот ненавижу, когда мне жарко и капельки пота по коже катятся. Бесит.
Сердце заколотилось, а в голове роились мысли: «Что происходит? Как он тут очутился?»
Внезапно тихое дыхание за моей спиной оборвалось, и я услышала его голос — низкий и хриплый, раздавшийся прямо над ухом.
— Доброе утро, — прошептал он. — Как спалось?
Я замерла, не зная, что ответить. Его присутствие было странным образом притягательным. Я чувствовала его дыхание на своей коже, и это было почти невыносимо.
— Я всё утро за тобой наблюдаю, — продолжил он. — Лежишь, завораживающее посапываешь. Иногда похрапываешь.
Вот скажите мне, кто так женщине комплименты делает? А. Но в то же время в том, как он это говорил, с какой интонацией, было что-то завораживающее. Я попыталась оттолкнуть его, но он лишь сильнее прижал меня к кровати.
— Отпусти меня, — прошептала я.— Марэл!
Он рассмеялся, и этот звук заставил меня содрогнуться.
— Не хочу, — ответил он и перевернул меня на спину , прижимая сверху. — Не сейчас. Я хочу поговорить с тобой.
Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Посмотрела в холодные синие глазёнки.
— О чём? — спросила я, стараясь придать своему голосу уверенности.
Он улыбнулся и приблизился лицом к моему.
— О нас, — прошептал он, касаясь моей щеки. — О том, что происходит между нами.
Сердце забилось быстрее. Я не знала, что сказать. Но в этот момент осознала, что не хочу убегать от своих чувств. Они были слишком сильными, слишком настоящими.
— Я не уверена, что понимаю, — начала я, стараясь говорить спокойно. — Но я тоже думаю о нас.
Он кивнул, его глаза вдруг засветились теплотой и нежностью. Я выдохнула, чувствуя, как напряжение покидает меня.
— Давай попробуем понять друг друга, — предложила я, глядя ему в глаза.
Марэл нежно провёл большим пальцем по щеке. Его прикосновение было лёгким, как утренний ветерок.
— Я хочу быть с тобой, — сказал он. — Хочу узнать тебя лучше. Но я боюсь, что могу всё испортить.
Улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается нежность. Но в то же время маленькая такая обижулька.
— Мы не можем ничего испортить, если будем честны друг с другом, — ответила я. — Давай начнём с этого.