Выбрать главу

Надо же, он все-таки умудрился ее достать!

Глянули они вперед и закричали от ужаса, потому что увидели, что до земли оставалось метров сорок, а может и того меньше.

Схватился за штурвал Краснобаев, но было уже поздно. Машина его уже не слушалась и чуть не под прямым углом летела вниз.

И тут их спасло самое настоящее чудо.

Не знали Иван Иванович и генерал Бочкин, что уже давно настигает их гигантский смерч. Тот самый, что летел от самого Северного полюса. Черным веретеном кружил он по небу и с легкостью вырывал из земли вековые дубы и уносил их с собой. И нагнал он кукурузник в ту самую секунду, когда тот уже готов был врезаться в землю. Поймал и закрутил в своих бешеных кругах.

А Краснобаев и Бочкин даже и не поняли, в чем дело. Вместо удара они вдруг почувствовали, как их что-то закрутило и завертело, подняло в воздух и куда-то понесло. Затем самолет стало так трясти, что оба они и Краснобаев и генерал вылетели из кресел, стукнулись друг об друга лбами и потеряли сознание.

А смерч покружил еще немного на месте, затем резко сорвался, и полетел на юго-восток с огромной, прямо-таки фантастической скоростью. А маленький, в сравнении с ним конечно, кукурузник остался вертеться в самом его центре. Таким образом, уносил его смерч все дальше и дальше от родного дома. Сначала летел он над лесами, потом над степями, потом над горами, а потом, вы наверно уже и сами догадались, над морем, вернее над океаном.

И вот летел он над океаном час, потом два, и только вода кругом. Вода слева, вода справа, вода впереди, вода сзади. И океан естественно тоже весь бурлил, поднимал волны размером с двадцатиэтажный дом, видимо злился, что смерч летает над ним без разрешения и даже рыб и других океанских обитателей из воды выхватывает.

И в самом центре океана показался остров. Смерч полетел прямо к нему. В центре острова поднималась к небу высокая гора. Подлетел к этой горе разъяренный смерч и накинулся на нее с твердым желанием вырвать ее из земли и унести с собой.

Но только гора, это не самолет. И как не был могуч смерч, как не был упрям, вырвать гору из острова он не сумел. Сколько не ревел, сколько не крутил над ней свои мощные круги, ничего у него не получилось. Обиделся тогда смерч, выплюнул от злости на гору вековые дубы, что набрал с собой в наших российских дремучих лесах, и полетел дальше.

Полетел дальше и даже не заметил, что ненароком выплюнул на гору и краснобаевский самолет вместе со всем содержимым. И так аккуратно упал на небольшое поросшее молодыми пальмами ровное плато кукурузник, что не только крылья себе не поломал, но даже и бока не помял. Упал и лежит себе как рыба выброшенная на берег.

А смерч унесся дальше на юг. Наверно к Южному полюсу. Через час океан успокоился, перестал бушевать и стал даже спокойнее, чем был до бури. Небо тоже расчистилось, стало ясным и усыпалось миллионами ярких звезд.

Глава третья

КРУГОМ ВРАГИ, КРАСНОБАЕВ!!!

Когда Краснобаев и Бочкин вернулись из бессознательного состояния к жизни, то оба не сразу поняли, где они находятся, и что с ними такое произошло. А когда они все вспомнили и обнаружили, что живы, и даже невредимы, и только отделались легкими ушибами и синяками, то так обрадовались, что бросились друг к другу и стали обниматься. А генерал даже расцеловал Ивана Ивановича в обе щеки.

– Представлю к ордену, ей Богу, – вопил он, – за спасение генеральской жизни!

– Ну что вы, товарищ генерал, – смущался Иван Иванович. – Это ж мой долг. Разве я за орден старался?

– А я все равно тебя представлю! – Бочкин покрутил усы, улыбнулся, но тут же снова стал серьезным. – Но сначала доложи обстановку.

– Есть, доложить обстановку! – Краснобаев огляделся вокруг себя. – Самолет АН-24 с экипажем в количестве одного человека и одним пассажиром на борту совершил вынужденную посадку. Взлет невозможен из-за отсутствия взлетной полосы. Радиосвязь отсутствует по причине поломки рации. Кажется, это вы на нее упали, товарищ генерал.

После такого сообщения Краснобаев и Бочкин приуныли и стали смотреть через иллюминаторы, где они находятся. И вот тут-то у них у обоих рты открылись так широко, что хоть целый половник с кашей туда ложи.

За иллюминаторами шумел тропический лес. Прыгали с пальмы на пальму обезьяны, летали попугаи, ползали крокодилы. А за деревьями до самого горизонта океан. Лазурный и величественный.

– Это что такое делается! – воскликнул генерал, когда вновь обрел дар речи. – Это где же мы с тобой находимся?

– Может быть, мы умерли? – вдруг всхлипнул Краснобаев. – А это рай.

– Не может быть! – не согласился с ним Бочкин.

– Даже если бы это и был рай, то ты бы тогда здесь был бы один.

– Это почему?

– Потому что молод еще. И нагрешить в этой жизни не успел. А я генерал. А генералам вход в рай запрещен. Об этом, говорят, даже в Библии написано. Так что никакой это тебе не рай.

– Значит, мы живы?

– Значит живы.

– Слава Богу! Но тогда где же мы?

Генерал Бочкин вдруг поднял вверх указательный палец, выпучил глаза и таинственно посмотрел на Краснобаева.

– Я так полагаю, – прошептал он, – мы находимся на вражеской территории.

– На вражеской территории? – ахнул Краснобаев.

– И что же теперь делать?

– Защищаться. Может быть даже пасть смертью героев. Ты готов пасть смертью героя, Краснобаев?

– Готов, товарищ генерал.

И они стали ждать, когда же на них начнут нападать враги, чтобы от них защищаться. Но время шло, а никто на них не нападал.

И вот первый враг на них все-таки напал.

Это был голод. Они вдруг разом почувствовали, что хотят есть. Но в самолете не было ничего из съестного, даже сухарика. Только у самого выхода валялся мешок с пестицидами. Но какая же эта еда?

А за окном заманчиво покачивались на деревьях огромные грозди бананов, желтых и таких пахучих, что аромат от них и запах пробивались даже сквозь стены самолета. Плоды манго валялись прямо на земле, оранжевые, как предзакатное солнце, а между ними вместо камней перекатывались кокосовые орехи, круглые и пушистые. На густых кустах, словно шишки на елках торчали ананасы. Краснобаев и Бочкин смотрели на все это и глотали слюнки.

– Может, я сползаю за питанием? – не выдержал Краснобаев. – Смотрите сколько бесплатной еды. И все витамины, при чем в натуральном виде.

– Терпи, лейтенант, терпи. Они только этого и ждут, чтобы ты вылез. Тут на тебя со всех сторон и кинутся.

– Кто кинется? Тут никого кроме обезьян нет.

– Враги, Краснобаев. Враги. Они повсюду. И главную ставку делают на твою беспечность.

Прошел еще час. Голод, как говорится не тетка. Он и генералов обламывает. И Бочкин не выдержал:

– Ладно, ползи, а я тебя буду прикрывать.

Открыли они осторожно дверь, и Краснобаев мешком свалился на землю и пополз вниз к пальмовой рощице, что была в десяти шагах от самолета. Генерал тут же захлопнул дверь, запер ее и стал смотреть на Краснобаева через иллюминатор.

Иван Иванович дополз до крайней пальмы и стал карабкаться по ней за банановой гроздью. Но когда ему осталось к ней только руку протянуть, как с соседней пальмы ему на спину прыгнула огромная обезьяна, схватила бананы и вместе с ними умчалась в заросли.

– Ах, ты подлая! – возмутился Краснобаев.

– Я же говорил, что кругом враги! – удовлетворенно произнес в своем укрытии Бочкин, видевший все это.

– Ну я тебе покажу! – погрозил вслед обезьяне кулаком Иван Иванович.

Но делать было нечего, пришлось лезть на другую пальму, где тоже висела банановая гроздь. Но если первая пальма росла криво, и лезть по ней было легко, то по этой пальме лезть было практически невозможно. Она была высокая и стройная с гладким стволом. Так и не удалось Краснобаеву влезть на нее. А тут еще вернулась наглая обезьяна села рядом с вожделенной гроздью и стала дразнить Краснобаева. Строить ему рожи, махать лапами и длинным толстым хвостом и показывать ему свой облезлый обезьяний зад.