– Сюда! – Придержав лошадь, ротмистр обернулся, кивая на неприметную повертку, выведшую всадников на небольшую полянку, заросшую по краям густыми кустами черной смородины и малины.
– Ого! – Давыдов не сдержал удивления, увидев на поляне знакомую карету с золоченым вензелем. Сам великий князь здесь! С чего бы?
Цесаревич в синем дорожном мундире с аксельбантами находился тут же, в окружении дюжих гвардейцев охраны, и, завидев Дениса, махнул рукой.
Гусар поспешно спешился:
– Ваше высочество, генерал-майор Давыдов…
– Убили моих вестовых, Денис, – не дослушав, оборвал Константин Павлович.
Круглое лицо его выражало самую глубокую озабоченность. Судя по красным пятнам на щеках и на обширных залысинах, не так давно имел место и гнев…
– Хочу, чтоб ты осмотрел. Занялся… Я – в Вену. Все полномочия – тебе.
– А где трупы? – Денис Васильевич спросил без всяких пышных эпитетов, совершенно по-деловому.
– Там, у ручья, – так же запросто указал цесаревич. – Вечером вчера должны были явиться. Не явились. Видать, остановились напоить коней. И кто-то их…
Кони так и стояли, привязанные к невысокой вербе, росшей и самого ручья, возле которого, один подле другого, и лежали убитые.
– Что же, они так вот, рядком, и лежали? – недовольно покривил губы гусар.
Великий князь хмыкнул:
– Ну нет конечно же! Мы ж думали, может, кто и жив. Увы…
– Так вы их и обнаружили? – быстро уточнил Давыдов.
– Да! – Константин Павлович покусал губы. – Видишь ли, о том, что вестники не явились, мне доложили сразу же по возвращении с бала. А я ведь их ждал! Как всегда, они должны были доставить сообщение из Вены, от верных людей… Да и я должен бы ехать. Вот и выехал. Думал, встречу вестовых по пути. Встретил… Разбирайся, Денис! Я вернусь через неделю. А ты ищи! Да, все вопросы решай через Евлампиева, втайне. Он предупрежден.
Ну да, ну да! Драгуна только в помощники и не хватало! Они ж все тупые, эти драгуны… как и их лошади.
– Понятно, – с усмешкой кивнув ротмистру, Дэн снова обратился к своему высочайшему собеседнику: – Стало быть, вы убитых случайно заметили? Или… вовсе не случайно на эту поляну свернули?
– Они всегда здесь поили лошадей, чистили… – пожал плечами великий князь. – Ну, чтоб потом предстать.
– Понятно, понятно… И об этом, конечно же, знал весь двор.
Константин Павлович нахмурил брови:
– Ну, может, и не весь… Но особой тайны не делали!
– Так-так… То есть кто хотел, тот вполне мог узнать.
Поглощенный началом следствия, Дэн совершенно забылся, забыл, что перед ним… а не следовало бы! Все ж таки наследник российского престола – это вам не какой-нибудь начальник главка! Как-то давненько уже никто не обращался с цесаревичем с этакой вот вольностью… Да вообще никто и никогда, исключая разве что самых ближайших родичей. Великий князь побагровел, левое веко его задрожало… А с Дениса – как с гуся вода!
– Вот что, ваше высочество, пока вы не уехали, мне бы хотелось снять показания с вашего кучера и охраны… У вас есть в карете письменные приборы? Ну, чернильница там, бумага, перо? О ксероксе уж и не спрашиваю.
– Чернильница? Перо? – Великий князь озадаченно моргнул, позабыв про весь свой гнев. – Ну есть, конечно…
– Давайте сюда!
– Сейчас…
Цесаревич и сам полез было в карету, да вовремя опомнился, фыркнул, послал форейтора…
– Ваш флигель-адъютант, надеюсь, грамотен?
Драгун сверкнул глазами так, что казалось, вот-вот сейчас выхватит свой палаш и порубит Давыдова в капусту!
– Ну, ладно, ладно, ротмистр, шучу, – подойдя к Евлампиеву, примирительно промолвил гусар. – Вас как по батюшке?
– Елизар Осипович.
– Так вот, Елизар Осипович. Берите перо, бумагу, опросите всех и тщательно все запишите, не упуская ни одной мелочи, какой бы глупой она вам ни показалась. Записывайте от первого лица, как они говорят: «я ехал, я увидел, я…»
– Да понятно, – отмахнулся флигель-адъютант. – Даже для нас, драгун, ничего сложного.
– Ну, Осип Елизарович…
– Елизар Осипович!
– Ну, Елизар Осипович, уели! Действуйте. А я покуда великим князем займусь.
Цесаревича Давыдов допросил по всем правилам, подробно и дотошно, так, что Константин Павлович и пикнуть не успел – все припоминал, отдувался… А потом вдруг засмеялся, даже захохотал:
– Ох и шельма ты, Денис! Как есть шельма. Надо тебя министром полиции сделать!
– Полиции? – Давыдов покривил губы и с презрением сказал: – Пф-ф!
– Понял, понял – обидел! – снова хохотнул великий князь. – Гусару – в полицию! Извини, Денис Васильевич, извини.