– Похоже, дождь собирается… Нет! Понятно, заказчик – человек далеко не бедный… О-очень не бедный, я вам скажу. Однако, сударь мой, от него приходило доверенное лицо, слуга. Слуга и делал заказ, и оплачивал, и забирал вещи… Фамилия слуги? Да бог с вами, сударь! Зачем мне это? Пришел человек, сделал заказ, оплатил тут же… Чего ради я его буду расспрашивать, скажите, пожалуйста? Таки нет! Что-что? Как выглядел? Да обычно выглядел. Осанистый такой, представительный, с бородой. Одет добротно, но просто. Так одеваются слуги состоятельных господ, знаете ли.
Значит, слуга… Ну, понятно, не сам же великий князь будет по мастерским шляться! Старый ювелир же либо хитрил, утверждая, что о заказчике совсем ничего не знает, либо и в самом деле не знал – такое тоже вполне могло быть. Времена на дворе стояли простые, патриархальные, тем более что Москва – не Петербург со всей его бюрократической утонченностью. Какие там квитанции, что вы! Тем более раз уж сделана предоплата… Да тогда и вообще многим на слово верили, ежели добрый знакомый. Стало быть, заказчик к таковым не относился. Как же его отыскать-то, вычислить?.. Только через слугу… А слугу все же должны больше запомнить другие слуги. Фельдман явно не беден, что ему какой-то там бедолага… А вот мастера, подмастерья… Вот бы с кем переговорить! Да так, чтоб хозяин не видел.
Вежливо простившись с ювелиром, Денис Васильевич вышел на улицу и, не садясь в коляску, задумчиво осмотрелся вокруг. Мастерская и лавка с добротной вывеской «Яков Фельдман и сыновья» занимали весь цокольный этаж пятиэтажного доходного дома, скорее всего, тоже принадлежащего Фельдману. Далее по обеим сторонам улицы, мощенной гулкой брусчаткой, шли точно такие же дома, правда, не столь нарядные, в коих располагались булочные и бакалейные лавки, магазин тканей «Купца первой гильдии Агапия Ведерникова», отделение какого-то английского банка и контора корабельных перевозок «Анакреоз». Да-да, именно так и написали на вывеске. Что сие слово означало, Давыдов с ходу бы не сказал, да и, честно говоря, на сию тему не заморачивался, о другом думал.
Внимательный взгляд гусара отчего-то не выхватил где-нибудь рядом никакого питейного заведения, что для матушки Москвы вообще-то было не характерно. Значит, подобное заведение имелось! И даже не одно. Только вот в глаза почему-то не бросалось, да.
– Эй, милейший, – увидев проходящего мимо молодого человека в узеньком двубортном сюртуке с заплатками на локтях, судя по виду – приказчика, Денис махнул рукой. – Не подскажете ли, нет ли здесь поблизости какого-нибудь трактира? Совершенно, знаете ли, простого, с добротной кухней, с водочкой…
– Так вон, сударь, в переулке ресторан, – остановившись, показал юноша. – Там и осетры, и француз-повар!
– А если без осетров? – Давыдов покрутил усы. – Ну, что-нибудь попроще.
– Попроще… Тогда во-он туда, от церкви налево. Там дворик, там и трактир. Кормят вкусно, да и недорого совсем. Только, уважаемый господин, там могут и простолюдины собраться, всякие там извозчики, слуги…
– Благодарю, милостивый государь!
Кивнув приказчику, Денис Васильевич уселся в коляску и через пять минут уже входил в заведение, именуемое без затей – «Три липы». Лип там нынче осталось лишь две, правда, неподалеку имелся и пень – наверное, от третьей. Первый этаж трактира, где и подавали, и наливали, был сложен из камня, второй – деревянный, как видно, там сдавались номера приезжим или просто личностям, желавшим ненадолго уединиться с определенного пошиба девицами.
Внутри оказалось очень даже неплохо. Деревянный, чисто выскобленный пол, добротные столы и скамейки, на стенах, в проемах меж окнами – лубочные картинки на простонародные темы, из тех, какими торговали по деревням офени. Всякие там русалки, водяные и прочее.
Заказав пирог с вязигою и кружку пива, Денис, словно бы так, без задней мысли, спросил у хозяина, не захаживает ли случайно сюда кто-нибудь из ювелирной лавки.
– Хочу купить жене перстень. Да чтоб не очень дорого, но красиво.
– Перстень? Недорого? – Трактирщик пригладил рыжеватую бороду и одобрительно закивал. – Ну тогда – да, к Фельдману. Хотя там для кого как. Для кого-то, может, и дорого.
– Да, как-то уж хотелось бы подешевле.
– Подешевле… – Хозяин заведения, почесав пухлый, охваченный голубой гарусной жилеткой живот, ухмыльнулся в усы. – Можно, конечно, и заранее, с мастерами, с подмастерьями столковаться… Может, и сговорились бы. Многие оттуда ко мне обедать ходят.
– Вот-вот! – обрадовался Давыдов. – Ты б, милейший, меня с ними свел. А я уж отблагодарил бы за помощь.