— Что?! — Мигом забыв про свою рефлексию, упираюсь руками в его твердый живот и пытаюсь оттолкнуть. Вячеслав не позволяет, еще крепче прижимает меня к себе.
— Эй, ты чего? То сердито сопишь и явно страдаешь у меня на груди, то драться лезешь, — он посмеивается, продолжая поглаживать мою спину. — Конечно, я навел о тебе справки. Медицинская карта есть в твоем досье, это стандартный набор информации. Или ты переживаешь, что хорошие девочки не должны трахаться с мужиками, которых они видят первый раз в жизни?
— Второй. Мы с тобой видимся второй раз в жизни, — поправляю его, удивляясь, как легко этот мужчина считывает мое настроение и мысли.
— Ну и какая разница, какой это был раз, если нам обоим было хорошо? — пожимает плечами Слава. — Тебе ведь было хорошо, и это главное.
— Хвастун, — бурчу в ответ, но на душе сразу становится как-то полегче.
— Вот и умница. Не стоит париться над морально-нравственными аспектами поступков, которые никому не приносят вреда. — Он снова мгновенно читает мое настроение. Может, экстрасенс?
— Так будешь еще что-то? Кофе или бутерброд? — спрашиваю, чтобы окончательно отвлечься от переживаний о «морально-нравственных аспектах» случившего только что секса.
— Спасибо, я сыт. Твой сын сейчас где?
— У Марфы. Я съезжу к этому лейтенанту Петрову, а потом к ним – Марфа обещала пирогов напечь в честь моего дня рождения, — отвечаю и пытаюсь отстраниться. Хотя хочется так и сидеть, втягивая мускусный запах влажной мужской кожи. Прижиматься щекой к темной поросли на мускулистой груди. Чувствовать, как мурашки бегут по плечам и рукам от того, что он гладит мою спину чуть шершавыми ладонями и зарывается губами в волосы.
Помедлив, Слава отпускает меня, отодвигается и окидывает взглядом. Неспешным и таким откровенным, что к моим щекам махом приливает кровь. Я поспешно свожу бедра и, прикрыв руками грудь, начинаю неловко сползать со стола. Он придерживает меня, помогая встать на ноги.
— Значит, вчера в ресторане ты отмечала свой юбилей? Весело он у тебя прошел. — Убедившись, что я стою крепко на ногах, Вячеслав Говоров отступает к окну и отворачивается, давая мне возможность подхватить с пола свои джинсы и футболку. Лифчик почему-то лежит на столешнице возле плиты, и я торопливо сдергиваю его, едва не снеся на пол сахарницу. Прижав одежду к груди, вылетаю из кухни. Уже из коридора кричу:
— Да, день рождения прошел супер! Навсегда его запомню. Я в душ!
В ванной бросаю вещи в корзину для белья и торопливо включаю воду. Смываю с тела следы мужчины и его запах и уговариваю себя, что произошедшее ничего не значит.
«Секс – не повод для знакомства, — повторяю себе, вытираясь и разглядывая свое отражение в зеркале: довольная физиономия, сияние в глазах и улыбка до ушей. — Это был просто одноразовый перепих для снятия напряжения, ничего больше. Сейчас мы выйдем из квартиры, я сяду в свою машину, этот мужчина – в свою, и разъедемся в разные стороны, чтобы больше никогда не встречаться…»
— Влада, ты там продолжаешь страдать над своим моральным падением? Бросай это зряшное дело и выходи, у тебя телефон звонит уже третий раз, — зовет меня из-за двери голос моего гостя.
Я торопливо натягиваю банный халат и выскакиваю в коридор. Едва не врезаюсь в мужскую грудь – Вячеслав стоит у двери с моим телефоном в руке.
— Ой! — с трудом удерживаю равновесие и выхватываю у него трубку.
— Слушаю!
— Лейтенант Петров, — устало приветствует меня уже знакомый голос. Я в досаде закатываю глаза – ну что еще ему нужно?! Сказала же, что скоро приеду!
— Я уже выезжаю в вашу сторону, лейтенант Петров. Почти выхожу из квартиры, — перебиваю. Поворачиваюсь спиной к внимательно слушающему Вячеславу Говорову и продолжаю убеждать следователя в своем желании быть законопослушной гражданкой. — Вот уже одеваюсь…
— Не спешите, гражданка Сокольская. Звоню сообщить, что ваше дело у меня забрали. Теперь им будет заниматься отдел особо тяжких. Да-а, Влада Сергеевна, вы, оказывается, та еще штучка, — еще более устало, но с откровенной издевкой в голосе отвечает Петров. — Терминатор какой-то, убивающий мужиков налево и направо. Или вы мужененавистница, а, гражданка Сокольская?
Я открываю рот, чтобы что-то ответить, но тут телефон из моей руки перекочевывает к Вячеславу. Он несколько секунд слушает лейтенанта, потом произносит:
— Слушай сюда, Петров, если у тебя дело забрали, то сиди и радуйся. А будешь звонить Владе Сергеевне и хуйню нести, отправишься на перевоспитание в город Зажопинск. Будешь тамошним воронам лекции о правопорядке читать.
Сбрасывает звонок и возвращает телефон мне: