— Прогнись! — звучит команда. — Быстро жопу отклячила!
Я вскрикиваю от острой боли в голове, когда меня с силой дёргают за волосы, а сзади в меня резко толкается член.
— Что ты делаешь?! — всхлипываю, пытаясь освободиться. Олег не даёт, хрипло стонет, с силой двигаясь во мне, и на каждое движение бёдер дергает за волосы.
— Надо было всегда так тебя трахать, — почти рычит.
Движения ускоряются, толчки становятся все сильней и яростней. Я скулю от боли и унижения, не в силах что-то сделать.
— Да! Да-а! — Он делает ещё несколько одуряюще-болезненных движений и замирает, тяжело дыша.
Я стою, упираясь в пол локтями, и содрогаюсь от рыданий. За что?! Почему он так со мной…
Олег резко выходит из меня, встаёт на ноги. Чиркает молнией джинсов, и, не давая мне подняться, пинает в бок.
— А теперь пошла вон! — Хватает за руку и куда-то волочёт.
Я перебираю ногами по полу, скуля от боли, а Олег дотаскивает меня до выхода и выталкивает из квартиры.
Дверь захлопывается, затем снова открывается, и на пол летит моя сумка. Щелчок замка, и наступает оглушающая тишина.
Кое-как сажусь, откидываюсь затылком на стену подъезда и долго гляжу в одну точку перед собой. Потом подтягиваю к себе сумку, копаюсь в ней, пока не нахожу серо-чёрную фотографию УЗИ. На ней, среди хаотичных волн и штрихов, есть маленькая тёмная клякса.
Я долго смотрю на это пятнышко, потом складываю листок пополам и рву его. Собираю обрывки и снова рву. Потом ещё, и ещё, пока в моих руках не остаётся кучка мятых клочков. Тогда я вытягиваю руку и разжимаю пальцы. Смотрю, как они ссыпаются на бетонный пол. Шепчу:
— Прости меня, малыш…
Глава 3
— Влада… Владка! — сквозь грохот крови в ушах слышу тревожные голоса. — Тебе плохо? Может, хочешь уйти?
Да, я хочу уйти. Убежать и больше никогда не заходить в этот ресторан. Но, нет, мне нужно успокоиться и вести себя как ни в чем небывало. Если я уйду, Олег поймет, что не обознался. Что я – это та Влада… А этого нельзя допустить, ни в коем случае.
— Все в порядке, девочки, — произношу, растягивая ставшие резиновыми губы в улыбку. — Давайте пить и веселиться, у меня праздник, между прочим!
— Так ты знаешь этого мужика или нет? — не унимается Стеша.
— Первый раз вижу. Говорю же, он обознался.
Подруга подается вперед и заговорщицки шепчет:
— Я тоже думаю, что обознался. Ты бы такого красавца стопудово не забыла, если бы когда-нибудь встретила.
Я и не забыла. Никогда не забуду…
Беззаботно соглашаюсь:
— Конечно, такого разве забудешь?
— Значит, мне можно на него поохотиться, Владка? Я ведь теперь свободная женщина, а кольца у красавца на пальце нет. — Стеша наклоняет голову, игриво стреляет глазами в сторону столика, где разместилась компания Олега. — Судя по всему, мальчик не беден.
Он точно не беден. Десять лет назад у него уже был успешный бизнес, наверняка за эти годы он стал еще больше. Конечно, Олег стартовал благодаря капиталу и связям своего отца, известного бизнесмена и политика. Но эти первоначальные вводные он использовал на все сто процентов, потому что, действительно, не дурак и с амбициями. Как раз мой формат, как говорит Стеша…
— На здоровье, охоться, — киваю и подзываю официанта. — Девочки, на чем мы остановились, когда нас прервали?
Через полчаса я не выдерживаю. Поднимаюсь и, взяв с соседнего стула свою сумочку, беззаботно произношу:
— Я носик попудрить. Кто со мной?
— Не, я пока не хочу, — отмахивается Стеша. Любаня тоже отрицательно крутит головой, и я, стараясь не спешить, иду в дальний конец холла, где видела дверь с нужными табличками.
В туалете долго стою перед зеркалом, рассматривая свое лицо и пытаясь выровнять дыхание. Даже если Олег понял, что не обознался, это ничего не значит. Мне нечего бояться, нас ничто не связывает. Сегодня мы случайно встретились, и больше это не повторится – он ведь живет в другом городе. Я переехала в Москву, а не Питер, потому что в северной столице у Олега есть филиалы, а в Москве – нет. Поэтому сейчас я спокойно выйду в зал, еще немного посижу с девчонками и поеду домой. Они знают, что надолго я никогда не остаюсь, поэтому не удивятся…
Подкрашиваю губы и, повторив про себя: «Это ничего не значит», выхожу из туалетной комнаты.
За дверью меня с силой толкают, придавливают к стене, и над ухом свистит шепот:
— Ты правда думаешь, я тебя не узнал? Влада, Влада, ты, конечно, круто изменилась, но так и не поумнела. А ведь я искал тебя тогда… Весь город обшарил, пока не узнал, что ты убралась в свой Мухосранск.