Какого канала, я так до сих пор у него не выяснил, ибо он не говорил. Но, судя по косвенным телодвижениям в планете, это будет что-то действительно мощное и колоссальное. Я дал добро на начало процедуры.
Манжету мы достроили через 14 часов.
Сразу же после этого с базы, которая по объему занимала уже половину каменной полости, стартовал специальный бот. Это был корабль, да не корабль. Просто летающий бот с очень сложным оборудованием, которое было построено и установлено по чертежам А1141. И назывался он просто – главный коннектор.
Следом за кораблем-коннектором потянулся длинный поезд грузовиков, на платформах которых располагались многочисленные штанги, трансформаторы, ретрансляторы, и прочая энергетическая чепуха, что требовалась тому же Борту для создания его проклятого канала.
Когда коннектор подплыл к манжете, он педантично проверил наличие достаточного количества энергии, исправность узлов и готовность своего строительного обоза к путешествию. Затем очень сильно напрягся, и ...
А вот в следующий момент он не напрягся, а напрёгся уже я. Потому что коннектор дал команду на открытие манжеты. А после этого – пробил остатки твердой породы «потолка» очень мощным импульсом.
Удерживаемая сильнейшими магнитными полями переливчатая магма всем своим столбом давила на мембрану. Она была похожа на фантастическое окно из нереального будущего несуществующего мира. И оно было передо мной. Это очень красиво, поверьте, и если вы этого до сих пор не видели, то я очень настоятельно советую вам на это посмотреть.
Коннектор пошел вперед, влетая в это самое окно, и закручивая всю переливчатую красоту в смазанный водоворот... магмоворот... не, водоворот. Создавая перед собой такое же силовое поле, корабль расширял диаметр тоннеля прямо в магме, двигаясь по нему со скоростью два километра в час.
За ним суетились строительные дроны из обоза, которые споро укрепляли стенки колодца металлом. Уже через пару часов прямо ввысь уходила ажурная конструкция, которая даже не колыхалась, хотя на нее давила нешуточная масса расплавленного материала самой планеты.
Но борт № А1141 заверил меня, что этой конструкции теперь не страшны даже те самые глыбы-астероиды, которые летают сейчас в толще той самой магмы, и которые размерами своими превосходят некоторые горы. Почему не страшны? – этого борт-сволочь-111адин даже не почесался объяснить. Я для него был по-прежнему машиной не очень-прайм-приоритета.
Суммарно коннектору пришлось преодолеть ровно сто один километр от манжеты, слагающихся из 68-ми километров чистой магмы. Плюс еще 33 из них мы рылись вглубь уже твердой породы, на которой, собственно, вся жижа сверху благополучно и закупорилась. И на которой я поставил свою манжету.
По сути, манжета являлась муфтой, шлюзом, тамбуром, мембраной – да чем угодно, только не манжетой. Но в проекте она звалась именно так, и отчасти я видел в этом какой-то смысл. Манжета не столько пропускала что-то через себя, сколько в себе это «что-то» удерживала. А что именно – скоро узнаем.
Пока коннектор два дня всплывал до поверхности океана, я рулил на базе.
Сперва я проверил установку новых сборочных заводов для военщины: боты, мехи, танки, самолеты, прочие механизмы – все они были в полном ассортименте представлены в архивах двух огромных заводах, что вот уже больше суток выпускали мою армию.
На других производственных объектах изготовлялись агрегаты для кораблей. Самой верфи у меня еще не было, и навряд ли она в ближайшее время появится. Но вот приказ на создание запаса для постройки будущих космолетов я уже отдал.
Это были сложные, редкие и просто ресурсоемкие агрегаты. Или множество мелких, но крайне необходимых деталек, которые очень затруднительно, либо просто невозможно будет изготовить на самой верфи.
Где именно будет располагаться сама верфь, я уже знал. И, в принципе, нисколько не удивился такому выбору места, так как, взглянув на этот бред повторно, и с рациональной точки зрения, не увидел никаких противоречий в месте размещения данного завода.
Располагался он, как уже несложно догадаться, на глубине шестнадцати километров от поверхности океана лавы. Прямо в энергетическом пузыре, который, как заверил Борт, вполне легко будет держаться в толще относительно спокойных «вод». Спокойных и раскаленных.
И именно раскаленность, а также наличие огромного количества помех, и являлись основными критериями для такого размещения. Потому что, в космосе – что? В космосе – вакуум, холод, и вообще – мрак. Ни тебе, адекватной передачи энергий; ни тебе, правильного освещения; ни тебе зоны обогрева, или даже (что более важно для производства) расплавления в шаговой доступности.