Чего только они не вытворяли! И ползали, как гусеницы, и катались колесом, и бабуинили даровито, и даже показывали своему военачальнику откровенные непристойности. Но больше всего в отряде оказалось «куриц».
Сорок девять легионеров, махая согнутыми в локтях манипуляторами (которые они уперли в бока) и энергично дрыгая взад-вперед чугунными башками, ходили вприсядку вокруг Раптора. При этом, они наполнили полигон такой какофонией кукареканья и квохканья, что припухший Раптор еще секунд, наверное, пять не понимал, что ему делать с этим тройным хороводом вооруженных идиотов.
Всё прояснилось, когда на сцену вышел Петовод.
Едва легионеры увидели мастера по взлому кибернетических систем, как они тут же вытянулись в струнку, сделали три печатных шага, и с восхваляющим воем, пали ниц пред своим новым господином.
А их старый господин в этот момент активировал немного боевых протоколов, и начал возбуждать свой самый большой ствол в механизме.
Петовод убежал.
Это было бы смешно, если б не было тенденцией. Грустной тенденцией. Мои старшие машины каждый миг думали только о войне. Потому что война была для них самой приоритетной задачей в их функционировании, какая только вообще возможна на белом свете.
И роботы думали о войне. Они думали о том, как наказать врага, о том, как обмануть врага, как вывести из равновесия врага, как сделать своим другом врага, чтобы потом обмануть врага. Они думали обо всех этих вещах постоянно. Я – знаю.
Потому как я сам думаю об этом постоянно.
У военных роботов было всё: армия, немного флота, стратегия развития, стремление убивать биосов и крушить их дома. У военных роботов было всё для ведения хоть какой-то войны.
У военных роботов не было самой войны. И они потихоньку сходили с ума, генерируя всё новые и новые опасные процедуры. При этом, напрямую нападать друг на друга они не могли, но ведь тренироваться-то на ком-то надо было. Вот они и тренировались на своих... коллегах.
Во мне эти процедуры тоже множились, и я с отчетливой ясностью видел, что, если я не найду нам войну в ближайшее время, я тоже начну у кого-нибудь что-нибудь подворовывать и параллельно подвергать всех нас абсолютно ненужной опасности и совершенно неоправданному риску.
Единственным роботом, который, казалось, вообще не был настроен на войну – являлся все тот же Ботомед. Ладно, он был не единственным, если учитывать еще и Мегавольта с Комендантом, да апатичного ко всему, кроме флота, Корабела. Но в плане разработки всяких там тактических операций и стратегических схем, Ботомед, казалось, что вообще не был настроен на войну.
Хотя с Петоводом этот робот переругивался тоже регулярно. И тоже – всё чаще. Что, как бы намекало, что, кроме хозяйственников, больше никто в моей команде на мирное существование не нацелен.
Однако, что я там говорил про флот? Его немного есть у меня?
На исходе второго месяца с момента активации «Граномунда» в этой планете, я уже имел один какой-никакой линкор, и двенадцать корветов разных модификаций. Собственно, модификаций тех было всего-то две, но они же – разные! Штурмовая, что вся из пушек состоит, и ракетная – та, что издалека и по-трусливому.
Трусость мне была неведома, поэтому ракетчиков у меня целых четыре. Они считались эффективными, и поэтому они полагались к использованию.
Кроме того, на верфи уже формировался линейный корабль №2, который я уже зачислил в «Корпус №4». Почему четыре? А чтоб никто не догадался. Это будет, на самом деле, мой самый первый боевой корпус, но с намеком на то, что у меня их есть уже три.
И вот уже с этими данными на руках я и пошел к своему самому небоевому, но самому подготовленному к войне заму – к Ботомеду. Моей целью было выяснить, в какой благоприятный период мне следует выступить всем «Корпусом» в атаку, и в какой локации мне лучше всего это сделать?
Мед ответил сразу:
- Объект атаки, отвечающий нашим силам, я определил уже довольно давно. Это – торговый маршрут биосов около Ден-Тальты, что проходит в 54-х годах от нашей точки. Наши разведчики уже многое что выведали, однако тебе все равно придется поучаствовать в этом лично. Посредством БИПа тебе необходимо как можно точнее вычислить точки выхода эскадры на боевой курс и условия для уверенного поражения целей. Таких действий я, несмотря на весь свой потенциал, рассчитать, к сожалению, не смогу, так что здесь тебе придется без меня... Вот – прими координаты. Это взято из архива Стратега-2, который, как я понял не собирается атаковать этот маршрут.