— Вижу, что ты был действительно серьёзен, — произнесла Вика после недолгой паузы.
И я понял, что она имеет в виду мои слова, что я сам буду решать за себя.
— Предельно, — ответил я, — и готов это право отстаивать.
— Мама знает?
— Пока нет, — качнул головой.
— Не хочешь расстраивать? Правильно, — интерпретировала по-своему сестра мой ответ. — А папа?
— Нет, но, — тут я усмехнулся, — мне кажется, что он о чём-то догадывается. Не даром хочет меня быстрее сбагрить.
Вика поморщилась, но промолчала. А я, отряхнув песок, повернулся, собираясь уйти с площадки, и тут же замер. На краю, сложив руки под грудью, стояла воевода рода, внимательно меня разглядывая. И самое интересное, я совершенно не представлял, как долго она там находится и что успела рассмотреть. Но несомненно, факт моей победы на одарённой третьего ранга, какой была сестра, от неё не укрылся.
— Светлана, — поздоровался я с ней, проходя мимо.
— Ваше сиятельство, — склонила она голову, делая шаг в сторону, ничего больше не говоря.
Но всю оставшуюся дорогу до дома я чувствовал на себе, между лопаток, её острый изучающий взгляд.
В обед троица отпускниц направилась из имения в город с желанием немного развеяться. Пошатавшись по улицам Томска, ловя уважительные взгляды кадет, направленные на их офицерские кителя, украшенные медалями, и подмигивая молодым парням, они, наконец, решили остановиться в «Славянском базаре», ресторане на набережной Томи, что находился у самой Базарной площади.
Из дверей ресторана как раз вывалились две дородные купчихи, смачно лупцевавшие друг друга увесистыми кулаками, а следом половая во фраке пинками выгнала какую-то мутную личность с шубой с чужого плеча, и девушки сразу решили, что место вполне подходящее для трёх боевых колдуний.
Стоило им войти, как, оценив блеск эполет и звяканье медалей, к ним немедленно примчалась местная управляющая, склонившись в услужливом поклоне, и тут же порекомендовала дамам-официрам подняться на второй этаж в отдельные кабинеты, где их никто не побеспокоит.
Дав себя туда отвести и дождавшись половой, они немедленно заказали несколько бутылок вина и закуски посытнее, чтобы, как говорится, заодно и пообедать. Согласно прейскуранта, им были принесены: малосольная стерлядь, солёные грузди, голубцы, пельмени, караси в сметане, окорок, расстегаи и кулебяка с рыбной начинкой. Скромно, но достаточно, чтобы не уйти совсем голодными.
Разливала Софья на правах старшей. И, осушив по первому бокалу, девушки ослабили ремни, расстегнули кителя и размеренно принялись за еду, ведя неспешную светскую беседу. Впрочем, мысли их нет-нет, но возвращались к произошедшему утром.
— Твой брат очень необычный мужчина, — наконец осторожно произнесла Анна, глядя на задумчиво жующую Вику. — У меня тоже есть пара братьев, но они совсем другие.
— Вот да, — покивала Софья, закидывая в рот кусок окорока, — все известные мне парни тоже так себя не вели. Нет, были разные: и вредные, и много о себе возомнившие, но не такие. Злись, не злись, подруга, но я говорю, у него есть характер, и его позиция достойна уважения.
— Да я не злюсь, — прожевав и хлебнув вина ещё, мрачно ответила Вика. — Знаете, девочки, у меня сегодня было ощущение, что я, прожив с ним столько лет, никогда не знала его по-настоящему. У нас пять лет разницы, и мне всегда казалось, что он просто капризный мальчик, всё желание которого — как можно сильнее досадить родителям. Папу он доводил просто до белого каления. Маму тоже, но с ней он поступал хитрее, всегда знал, как подмазаться. Хитрый маленький говнюк. И то, за что меня в детстве наказывали, ему просто сходило с рук. Не поверите, как меня это поначалу бесило.
Тут она задумчиво почесала нос:
— Опять же, не могу сказать, что он творил какие-то прямо пакости или подлости. Честно говоря, оценивая его поступки сейчас, мне кажется, что он просто хотел отвоевать себе больше свободы. И даже все его устраиваемые скандалы… Вы же знаете про спонтанные выбросы? Ну, у одарённых парней которые?
Две оставшиеся девушки тут же понятливо заулыбались, потому что это была известная тема для анекдотов про мужчин.
— Так вот, какой бы сильный скандал брат не закатывал, у него никогда не было выброса. Сейчас я вспоминаю, и ведь, действительно, ни разу. У отца постоянно случалось, а у брата никогда.
— Думаешь, это была игра? — уточнила Анна.
Но Вика только пожала плечами, не зная точного ответа на этот вопрос.