63
исчезновения командующего, ушедшего “на прогулку” перед ужином в сопровождении одного из добровольцев.
Дневальный татарин на дворе смущенно разводил руками.
- Генерал на улице гуляй, - больше он ничего сказать не мог.
И когда издали донеслись крики и шум большой толпы, двигающейся к штабу, там еще больше встревожились. Но когда это гомонящее сборище людей приблизилось, то в темноте разглядели над ними знакомую фигуру, которую они несли.
В комнате при огарке свечи Каппель устало опустился на стул – напряжение было велико и для него. Серо-голубые глаза чуть мерцали. Но через минуту он снова усилием воли собрал, подтянул себя.
- Бедные русские люди, - тихо проговорил он. – Обманутые, темные, такие часто жестокие, но русские.
IX
Русские люди, русский народ, не партии, не именно это понятие было главным для Каппеля. Именно за русский народ вел он свою борьбу, не переставая верить в него, ни на мгновение не забывая, что даже там, по другую сторону фронта – тоже русские люди. Обманутые, помраченные, но все же русские, а значит, способные к возрождению, осознанию ошибок и возвращению на истинный путь. Владимир Оскарович видел всю задачу не просто в военной победе, не в том, чтобы уничтожить врага, но в том, чтобы обратить заблудшие души, в том, чтобы разбудить в замутненном интернациональном сознании родовую память, разбудить в русском человеке русского человека. Этим была вызвана всегдашняя мягкость генерала к рядовым красноармейцам.
Он отпускал на свободу обезоруженных красноармейцев. Он считал “гражданскую войну” особым видом войны, требующем применение не только орудий истребления, но и
психологического воздействия. Он полагал, что отпущенные красноармейцы могли стать полезными, как свидетели того, что белые борются не с народом, а с коммунистами.
X
Окончилась Мировая война (Германия капитулировала 11-го ноября 1918-го года). Чехи, недавние союзники белых, считая, что большевики и немцы им больше не угрожают, стали уходить с фронта. В ожидании отъезда домой их поселили в вагонах. Так как с отправкой союзники не спешили, им была поручена охрана Сибирской железной дороги, что дало им возможность захватить ее в свои руки. В дальнейшем, при отступлении, это создало для белых безвыходное положение.
Чехи в своем большинстве приход к власти адмирала Колчака не приветствовали – их симпатии были на стороне эсеров. Находясь за спиной белых армий и имея поддержку союзников, они интриговали, саботировали и помогали оставшимся, ушедшим в подполье
64
эсерам. Адмиралу Колчаку не только с чехами, а вообще с возложенной на его плечи непомерно трудной задачей, на несчастье России, справиться не удалось.
XI
С продвижением группы Каппеля на восток, в Омске все больше в некоторых военных кругах плелись против него интриги. Ставка адмирала была настроена против Каппеля. Все, более или менее связанные с ней, поддерживали ее. Это отчасти можно объяснить и понять. Самарский Комуч состоял исключительно из эсеров, причем вначале это были эсеры левого толка, мало отличавшиеся от большевиков. Позднее их, правда, заменил Авксентьев – правый эсер, но для русского офицерства все они принадлежали к партии Керенского, который за свое короткое, но роковое правление страной, бросил Россию в пучину великих бедствий, а русского офицера обрек на невиданные страдания. Керенский предал и погубил генерала Корнилова, и этого одного было достаточно. Поэтому и Каппель, как уже говорилось, вызвал к себе, если не недоверие, то настороженность. Правда, золотой запас, хранившийся в Омске, был захвачен у большевиков Каппелем, правда, Омское правительство произвело его в генералы, правда, в ставке имелись самые точные сведения о его работе и победах на Волге, правда, с ним шло несколько тысяч добровольцев, но за его спиной черной тенью стоял Самарский Комуч. Это или пугало, или заставляло задумываться. Эти соображения до известной степени могли быть оправданы. Но было и худшее, о чем скрывать не приходится. Как у генерала Деникина, так и в Омске, и в сибирском тылу было немало таких, которые укрывались от фронта, пристраивались на удобные, спокойные должности. Для людей такого сорта появление Каппеля в Омске было весьма нежелательно, ибо если он войдет в доверие у Верховного Правителя и получит какой-нибудь большой пост, то этим героям тыла придется расстаться со своими, часто фантастическими, должностями. Эти люди не стеснялись в распространении о Каппеле самых темных слухов. Трудно предполагать, но не исключена известного рода простая зависть в отношении человека, показавшего свою огромную талантливость военного. Адмирал Колчак, слушая доклады своих помощников по военной части о Каппеле, тоже стал проявлять в отношении его некоторые колебания. Но, знакомясь с его боевой работой на Волге, не мог не отдавать ему должное.