сильным противником, а перевод в пехоту, как не оправдавшего надежды. Ведь каждый
раз, когда бойцы из конной разведки, отправляясь на задание, лихо гарцевали на своих лошадях и, обгоняя пешие строи полка, демонстрировали свою молодцеватость и способность выполнить любую задачу – все смотрели на них с завистью. Еще бы! Они на коне, а мы на своих двоих. Кое-кто из пехоты практически роптал:
- Подумаешь, полевая конница.
В то же время все отлично понимали, что “работа” разведчиков всегда сопряжена с большим риском.
Командир полка доложил по радио обстановку командиру дивизии, и полк тронулся в путь, обсуждая по дороге случившееся. На этот раз Варенников подробно рассказал, как все было, и добавил:
- Конечно, немцы допустили ошибку, когда все трое попрыгали в овраг, стараясь догнать меня. Хотя бы одному из них надо было бежать сверху, по краю оврага, там никаких препятствий не было, и задача по моему захвату была бы решена.
- Да, это для нас урок, - продолжал Алексей Михайлович. – Сейчас везде бродят разрозненные группы гитлеровцев. Наши танкисты рассекли части противника, а добивать их придется нам.
* * *
29-го июля 35-ая Гвардейская стрелковая дивизия после 400-километрового выдвижения на открытом фланге армии была введена в первый эшелон, и в тот же день вышла на правый берег Вислы и сразу получила задачу форсировать реку. Принимая все меры к сохранению скрытности подготовки, командир дивизии И.Я. Кулагин выдвинул непосредственно к берегу только охранение и разведку, жесточайше предупредив их о строгом соблюдении режима – не стрелять, огонь не разводить, только наблюдать и охранять, а в случае переправы противника на наш берег – захватывать его.
Одновременно главные силы готовились к броску. Готовились передовые отряды, табельные переправочные средства, делались расчеты на рейсы, изучалась река в целом и особенно участки форсирования. Важнейшей задачей было отыскать на противоположном берегу и в глубине обороны противника его огневые средства. В ночь с 30-го на 31-ое июля разведчики переправились на берег противника, уточнили отдельные элементы его обороны, начертание переднего края, расположение огневых средств и пунктов управления, приблизительную численность и, захватив “языка”, 31-го июля вернулись обратно. О результатах разведки подробно доложили командиру дивизии.
В связи с разведданными в планы – в огневые налеты артиллерии, места формирования дивизии и т.д. – были внесены определенные коррективы. В оставшееся светлое время И.Я. Кулагин еще раз провел с командирами полков и передовых отрядов рекогносцировку и уточнил на местности все вопросы. В рекогносцировке принимали участие также командарм генерал-полковник В.И. Чуйков и командир 4-го Гвардейского стрелкового корпуса генерал-лейтенант В.А. Глазунов. Последний представил передовым отрядам задачу захватить участок на левом берегу с целью обеспечения форсирования реки главными силами. Были тщательно разработаны вопросы, связанные с обеспечением действий передовых отрядов.
Наши войска очень беспокоило большое количество пулеметов и 22-миллиметровых автоматических пушек противника, установленных на переднем крае. Они очень эффективны в борьбе с десантом. Поэтому на каждую огневую точку такого типа назначалось по нескольку видов огневых средств орудий, минометов, даже противотанковых ружей, а также снайперов.
148