документы были опубликованы в некоторых газетах, а пока подробно излагались по радио.
Надо заметить, что позже псевдодемократия во главе с Горбачевым, а затем и Ельциным старалась повесить на членов ГКЧП и лиц, его поддерживающих, различные ярлыки. Их обвиняли во всех грехах, в том числе даже в стремлении захватить власть, если она была в их руках? Это была гнусная ложь.
В Киеве, утром, к Варенникову пришли командующий войсками Киевским военным округом генерал-полковник В.С. Чечеватов и член Военного совета округа генерал-лейтенант Б.И. Шариков и они втроем отправились в Верховный Совет Украины. В 9 часов они встретились с Председателем Верховного Совета УСССР Л.М. Кравчуком, Первым секретарем ЦК Компартии Украины С.И. Гуренко и Первым заместителем Председателя Совета Министров УССР К.И. Масиком.
После взаимных приветствий приступили к делу. Варенников не замедлил спросить – слушали ли они по центральному радио сообщение о важнейших событиях, и, несмотря на некоторую настороженность и озабоченность, они дружно ответили, что, конечно, слушали и придают этим сообщениям особое значение. Хотя не высказывались ни за, ни против. Естественно, Варенников не удержался и сказал, что, наконец, наверное, пришло время, когда в стране будет покончено с хаосом, отсутствием твердой власти и управления.
Руководство Украины уже знало, что накануне, 18-го августа, у Горбачева побывала группа лиц, в числе которых был и Варенников (очевидно, их ориентировал В. Чечеватов).
Поэтому Варенникова спросили: “Как там Горбачев?” Он ответил в общих чертах, не затрагивая деталей беседы и обстановки, в которой проходила встреча. Но два момента подчеркнул: Горбачев неважно себя чувствует, и отказался лететь в Москву для разрешения назревших проблем. Добавил, что, наверное, потому и отказался лететь, что хворает. Зато проинформировал руководство республики, что во избежание каких-либо недоразумений нашим Вооруженным Силам объявлена повышенная боевая готовность. Фактически это означало, что все воинские части и соединения, где бы они ни находились, возвращаются в пункты постоянной дислокации и занимаются боевой подготовкой в своих военных городках. Это позволит им выступить по предназначению буквально через несколько минут с момента получения приказа.
В то же время Варенников поинтересовался у руководства Украины, как они смотрят на введение чрезвычайного положения в некоторых районах республики. Такой вопрос был задан не потому, что такая мысль проскользнула в разговоре с Горбачевым, а потому, что он лично в начале августа убедился: в Львове и Львовской области в результате действий политической организации “Рух” Советская власть была фактически ликвидирована. На его вопрос Кравчук ответил вопросом: “А как вы считаете, надо было бы поступить?” Варенников без дипломатии ответил, что, по его мнению, чрезвычайное положение надо ввести в трех западных областях Украины – Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской. Можно было бы предусмотреть также использование отдельных положений закона “О правовом режиме чрезвычайного положения” в некоторых городах Украины, где “Рух” имеет большое влияние, в том числе и в Киеве. Говоря о трех западных областях, Варенников изложил свои выводы из личных наблюдений, что соответствовало действительности, и никто из собеседников в отношении его оценки обстановки не возражал. Что касается его мнения о введении чрезвычайного положения в Западной Украине, то, в отличие от Кравчука и Гуренко, горячо обсуждать этот вопрос начал Масик. Возможно, он хотел блеснуть своими знаниями закона, но сделал это так неудачно, допустил ошибки, что Варенников вынужден был его поправить. К тому же он явно горячился, что его не украшало. В ходе
18