ними заклубился черный дым – наконец-то сработали артиллеристы. Варенников приободрился.
Несмотря на то, что поле было буквально взорвано и перепахано снарядами и бомбами, у Варенникова и у командира полка сохранялась проводная связь. Естественно, она была напряжена до предела нашими непрерывными командами. Командир полка отдал приказ начальнику штаба полка майору Васькину, чтобы он лично и все офицеры штаба немедленно вышли в третью траншею, вместе с личным составом второго эшелона полка остановили отступивших с переднего края и заставили их окопаться. От артиллеристов большего требовать уже было нельзя – Варенников их только подбадривал. Два танка, ведя огонь на ходу, приближались к наблюдательному пункту. Напряжение достигло максимальной отметки. Вдруг один танк, который несколько впереди “заерзал” – оказывается, у него слетела гусеница, и он развернулся бортом. В тот же миг артиллеристы влепили ему сразу два снаряда, видно, коммулятивных. Танк взорвался и загорелся. Он хорошо горел, от такого огня спастись невозможно.
Второй танк остановился, но тут же через несколько секунд стал пятиться назад, непосредственно ведя беспорядочный огонь из пушки и пулеметов. “Пожевал” он и наблюдательный пункт, на котором уже не было наблюдателей. Но это было уже не страшно, поскольку на поле горело несколько машин, да три-четыре были без гусениц, что оказало психологическое воздействие на другие экипажи. Танкисты, покинув свои машины, пригибаясь, бежали к “своему” лесу, то и дело падая.
Однако танки противника потеряли полтора десятка на линии нашей обороны и пятились обратно, а его пехота так в атаку и не пошла. Командир полка майор А.М. Воинков был раздосадован, что задуманный план не удалось осуществить. Он решил передислоцировать наблюдательный пункт в район третьей траншеи, а этот временно “законсервировать” и не снимать линии связи. Он послал вперед (в смысле назад) своих разведчиков, радиста и телефониста, чтобы они отыскали удобное место, сам же собирался прибежать туда минут через 10-15. Понятно, что в этой ситуации управлять надо было именно оттуда. Прежде всего, капитально подготовить и провести контратаку, позаботиться, чтобы полк поддержала авиация и танки, хотя они и сами понимали, что вся авиация, да и основная масса танковых частей и соединений были задействованы на варшавском направлении.
* * *
Что ж - теперь приходилось начинать все заново.
Порядок перехода на новый наблюдательный пункт определили следующим: первым перебежками, отрываясь от всех остальных, отрывается командир полка А.М. Воинков с адъютантом, затем через интервал в 20-30 секунд отправляются остальные его связисты, после чего перемещается Варенников со своей группой. Его ординарец-разведчик уже убыл, и их осталось трое. Случилось это так. В тот момент, когда был подбит танк, перед их наблюдательным пунктом почти в это же время прямым попаданием вдребезги было разбито одно из 45-миллиметровых орудий, разумеется, пострадал и расчет. Поскольку произошло это недалеко от наблюдательного пункта, Варенников направил туда ординарца-разведчика старшего сержанта В.И. Василенко – он захватил с собою санитарную сумку, чтобы оказать помощь раненым. Видно, артиллеристам пришлось несладко, потому он там и застрял. Будучи очень добросовестным и точным (учитель по образованию), Василенко, конечно, не мог вернуться, не приняв всех мер для спасения людей. Таким образом, как в известной песне “их осталось только трое”.
153