* * *
И они все отправились в штаб, где у входа уже на пороге толкались начальник штаба и другие офицеры, наблюдавшие за всей этой картиной.
Начальник штаба поручил своему заместителю подполковнику Посунько проверить все документы и затем зайти к нему. Что и было сделано. Принципиально никаких замечаний не было. Что касалось деталей – проверки цифр по каждой службе, то это требовало длительного времени. Они договорились, что “добивать” все вопросы останется их офицер – заместитель начальника штаба полка (он же зампредседателя комиссии), а если возникнут какие-то проблемы, то можно будет в любое время вызвать любого начальника службы, все они еще на месте. Доложили начальнику штаба дивизии, тот утвердил их предложение, заметив при этом:
- Сегодня и завтра привезут документы все остальные части. У нас фактически за дивизию все готово. Послезавтра приедет генерал-майор Толканюк – начальник
219
оперативного отдела армии, но, кажется, он уже заместитель начальника штаба армии. Он проверит все документы, и комдив поедет докладывать их В.И. Чуйкову. Поговаривают, что командир должен быть назначен заместителем Главкома Группы войск. Ну, а вам спасибо, можете ехать обратно.
* * *
Они распрощались. Варенников отправился в отделение кадров дивизии провести разведку в отношении себя. Ему сразу сообщили, что он переводится в другую дивизию Группы, в артиллерийский полк, на должность заместителя командира дивизиона. Варенников стал переживать, просить, чтобы отправили на Родину и уволили, так как он намерен поступать в институт, и это можно сделать уже в этом году. Вокруг него собралось все немногочисленное отделение кадров. В итоге начальник позвонил командиру дивизии и спросил, когда можно подойти с докладом – накопилось много документов. Комдив сразу пригласил его к себе. Варенников напросился вместе с ним, но его отговорили, мол, так можно только испортить дело. Стали ждать, когда начальник вернется от комдива. Варенников расхаживал по коридору, нещадно дымил, прикуривая одну папиросу от другой, и рассуждал приблизительно так. Он воевал, как все, выполнял свой долг. Сейчас нормально выполнил последнее задание – по расформированию полка. Подавляющее число офицеров полка и дивизии увольняются. А он что, хуже, что ли? Пока еще молод, может окончить институт, и работать в той области, которая уже запала ему в душу – строить корабли. Ведь это прекрасно! Стране нужны такие специальности. А в армии должны оставаться в основном кадровые военные. Кстати, на эту тему он говорил с командиром полка и просил его ходатайствовать перед комдивом. Вроде он уже переговорил, и последний даже пообещал посодействовать, если он хорошо справится со своим председательством. А теперь что получается?
И вот так он ходил по коридору и жалел, что не воспользовался случаем, когда встретился сегодня сразу с комдивом. Надо было ему об этом сказать, глядишь, вопрос и решился бы. Через час кадровик вернулся.
Варенников ничего у него не спросил, но посмотрел ему в глаза, а тот вздыхает:
- Ничего не вышло.
Как его Варенников понял, ничего и не выйдет. Оказывается, командующий артиллерией армии генерал-лейтенант Пожарский лично подписал список из небольшой группы офицеров-артиллеристов, которые сейчас находятся в расформировываемых дивизиях и которых надо сохранить, направляя в дивизию, не подлежащую расформированию. А Пожарский самый близкий к Чуйкову человек.
- Я поеду к Пожарскому или Чуйкову. Моя же судьба решается!
- Пожарский в Москве, а Чуйкову сейчас не до того. Ты не горячись, - уговаривал его кадровик. – Когда все успокоится, можно будет решить все проблемы. Напишешь установленный порядком рапорт, и будешь пробивать. А то вот твой командир полка, очевидно, на днях уедет в Москву – в распоряжение Главкома Сухопутных войск, которым сейчас является маршал Георгий Константинович Жуков. Группой войск у нас здесь командует генерал армии Соколовский, а у него заместителем – Василий Иванович Чуйков.
- А почему наш командир полка уезжает, ведь документы еще не утверждены?
- Да какое это имеет значение?! За командира полка остается майор Каун, а ведь полка фактически нет.
Ехал Варенников к себе в Целленроду с тяжелыми мыслями. Начальник тыла тоже сидел молча. Потом неторопливо заговорил:
220