223
дивизии генерал-майора Серючкина, и явиться в штаб полка к помощнику начальника штаба по учебе личного состава. Он Вас представит и руководству полка и в дивизионе.
На этом они расстались. Не сказав ни да, ни нет на предложение майора, Варенников все-таки проникся к нему уважением. С ним практически за последние месяцы вообще на эту тему никто толком не хотел говорить. Капитан, который вручил ему предписание, привел его в штаб полка и, попрощавшись, передал другому капитану. Последний уже менее любезно прочитал предписание, сделал запись в какие-то свои книги, затем, ни разу не взглянув на него, позвонил по телефону и доложил подполковнику, что в полк прибыл капитан на должность командира батареи. Тот что-то ему ответил, и они вместе отправились к этому подполковнику. Это был начальник штаба полка, который оказался несколько любезнее сопровождающего его капитана.
- Мне звонил начальник отделения кадров дивизии в отношении Вас, - сказал он, - дал характеристику и прочее, пообещал сегодня прислать личное дело. Но лучше, если Вы сами расскажите о своей службе и вообще биографию.
Не желая отнимать много времени у начальника штаба, Варенников в двух словах представил биографию, несколько шире – боевой путь и послевоенную службу. Подполковник вначале посмотрел на Варенникова вопросительно, очевидно, ожидая развития той темы, которая была поднята им у начальника отделения кадров дивизии, о чем его, конечно, известили. Но Варенникову некогда было об этом говорить, тем более что было дано время подумать. Тогда подполковник завершил разговор на вполне мажорной ноте:
- Ну, вот и прекрасно! Будем служить. Дивизия и полки у нас гвардейские, заслуженные. Командир полка боевой полковник Репшин. Дивизия, где Вы будете командовать батареей, на хорошем счету. Желаю Вам хорошей службы! Будут вопросы – приходите. Капитан сейчас проводит Вас в дивизион.
У Варенникова настроение стало меняться к лучшему. Подполковник, как и майор в дивизии, тоже подкупал его в хорошем смысле слова, своей человечностью. И Варенников уже причислил его к своим близким, уже по новому списку – списку, который только начинался. Капитан привел к командиру дивизиона, передал и ушел. Варенников уже оказался как бы дома и при деле.
* * *
Командир дивизиона – майор Зиновьев, по возрасту далеко перешагнувший за средний, но орденских планок у него было не густо. Но сам он был очень корректный и внимательный. Не знал Варенников точно, но догадывался, что командир дивизии был офицером в училище и лишь в конце войны попал на фронт. У каждого своя боевая служба, и все зависело в основном от случая или старшего начальника.
Беседа была у них долгой, деловой и доброжелательной. К ним подключились, но сидели вначале молча – начальник штаба дивизии майор Васильев и заместитель командира дивизиона капитан Валиков. Последний “прощупывал” Варенникова капитально. Но Варенников был доволен этим. Ему рассказали, чем занимается дивизион, где учебные поля, как строится учебный день и учебная неделя, общий порядок, принятый в полку и т.д.
Были названы командиры, Варенникова познакомили с ними в присутствии руководства дивизиона. Затем старший офицер на батарее – командир первого взвода – собрал батарею в Ленинской комнате, и командир дивизиона представил Варенникова личному составу.
Все шло нормально. Время приближалось к обеду. Командир дивизиона приказал
224
построить весь личный состав перед казармой. Варенников встал в общий строй как командир первой батареи. Командир дивизиона вызвал его из строя и представил всему личному составу дивизиона, кратко сообщил его послужной список. Затем дал команду старшинам вести батарею в столовую, а офицеров подозвал к себе. Они перезнакомились.
Это был хороший шаг. Варенников уже почувствовал, что принят, и новая офицерская семья тоже станет ему родным домом. Все вместе пошли на обед в офицерскую столовую, а затем Варенников устроился с жильем. Одна из казарм была отведена под офицерское общежитие. Минимальный уют и необходимые бытовые условия там имелись. На первом этаже располагался комбинат бытового обслуживания, в том числе парикмахерская, небольшой военторговский магазинчик и библиотека. В этом общежитии жили все взводные, ротные (батарейные) командиры и им равные. Здесь же было и несколько свободных комнат для приезжих. А все остальные вышестоящие начальники снимали квартиру у немцев, тем более что большинство имели семьи.
Жизнь в полку проходила размеренно. Утром после физической зарядки, на которую бегали все офицеры, жившие в общежитии, и после завтрака ежедневный, кроме выходного, проводился на занятиях полковой развод. Для общего развода все проверялось в подразделениях (руководители занятий, конспекты, материальная база), а на разводе заместитель командира или начальник штаба полка подавал команду:
- Полк, смирно, равнение на середину! – и шел с рапортом к командиру полка: - все подразделения к занятиям готовы.
Командир полка командовал:
- Вольно!
После чего отдавал распоряжение развести подразделения на занятия. Все проходили порядно (батарейно) торжественным маршем мимо командира полка, рядом с которым всегда как тень стоял его заместитель по политической части майор Н. Поделин.
Находясь от отца командира и замполита на приличном расстоянии, Варенников с любопытством рассматривал их. Видно только было, что командир по габаритам был здоровенным, с выпирающим животом-грудью и фиолетовым заплывшим лицом. Замполит – небольшого росточка и бледный. Всегда все думали, что он бледный от переживаний - выстоит командир полка до конца прохождения всех предложений или его придется поддерживать? Командир всегда выстаивал свои 20-30 минут. Но зато воины, проходя мимо него, могли еще рассмотреть детали у своего единоначальника. У него были пунцово багряного цвета не только нос, щеки, шея и отвисший подбородок, но и белки глаз.