командиром 251-го стрелкового полка), а Кобец длительное время был у него начальником штаба. Так что они друзья. Эти сведения для Варенникова, конечно, не были лишними.
Штаб полка размещался хоть и в небольшом, но внешне уютном и привлекательном одноэтажном каменном здании. Имелось два входа: центральный выводил в оперативную часть штаба (командир, заместитель командира, начальник штаба, зам. командира по политической части и операторы), боковой был самым напряженным – здесь располагались все службы полка. Обе части штаба были автономны, что было очень удобно и создавало благоприятную обстановку для работы.
Подъехав к боковому входу, все выгрузились, занесли вещи и расположились в маленькой комнатушке. Вместе с офицером Варенников отправился к командиру полка. Зашел в кабинет, представился – Кобец действительно сидел в папахе, хотя в кабинете было очень тепло. Он встал из-за стола, радушно его приветствовал, усадил за приставной стол и дал задание офицеру разыскать и направить к нему начальника тыла полка подполковника Боксермана.
Потом в общих чертах рассказал Варенникову о дивизии и ее командире, о дисциплине ее частей, более подробно – о состоянии полка, офицерском составе, об учебной и материально-технической базе. Сказал также, что все вопросы боевой подготовки передает в его ведение, а планировать ее надо обязательно вместе с начальником штаба и другим заместителем командира полка, организацию же и контроль надлежит исполнить ему. Отметил, что, к сожалению, пока жилья для Варенникова нет, поэтому ему с семьей придется временно разместиться в штабе полка – в кабинете начальника тыла полка, он наиболее удобный. Одновременно постарается подыскать что-то в Кандалакше или на Ниве-три (это поселок вблизи Кандалакши, где расположен алюминиевый комбинат).
Подошел начальник тыла. Кобец представил Варенникова и затем, не предлагая ему сесть, в категорической форме объявил:
- Боксерман, учитывая, что у нас совершенно нет каких-либо вариантов для размещения Валентина Ивановича, я тебя с сегодняшнего дня отправляю в месячный отпуск. Освободи свой кабинет и организуй в нем элементарные условия для жизни семьи. Завтра после развода проведешь и покажешь ему нашу офицерскую столовую и места, которые необходимы для жизни и быта. Вот я подписываю отпускной билет.
Надвинув на лоб свою папаху, он взял уже заготовленный отпускной билет, размашисто подписал и, не вставая, вручил его начальнику тыла. А тот, улыбаясь и поглядывая почему-то на Варенникова, поблагодарил командира полка за “отеческую заботу”. Все рассмеялись.
Затем командир полка объявил, что завтра утром командование полка соберется у штаба полка, где Варенников со всеми познакомится, после чего на полковом разводе на занятия будет представлен всему личному составу полка. Подумав, добавил, что дает Варенникову неделю на адаптацию, однако Варенников должен приходить на полковой развод, строить полк и докладывать ему, как положено по уставу. Для поиска квартиры временно закрепляет за ним старшину сверхсрочной службы, который знает в Кандалакше все.
На этом они расстались. Вместе с Боксерманом Варенников пошел во вторую половину штаба. Он открыл свой кабинет. Было видно, что здесь все уже было приготовлено к приезду Варенникова. Откуда-то мгновенно появились три раскладушки, стол, пустой шкаф и три стула, которые создавали определенный комфорт. Электроплитка на тумбочке и чайник дополняли “элементарные условия для жизни”, как сказал командир полка. Оказалось, что в тумбочке есть еще и посуда.
На первый случай это вполне устраивало. Хотя отсутствие в помещении
268