генерал-лейтенант Бориков в отъезде, за него остался начальник штаба армии генерал-майор Никитин. Он принял Варенникова сразу. Варенников вошел в кабинет и с порога:
- Товарищ генерал! Подполковник Варенников. Представляюсь по случаю назначения на должность командира 56-го стрелкового полка.
Никитин встал из-за стола и, подавая ему руку, стал прохаживаться по просторному кабинету:
- Здравствуйте, товарищ подполковник. Вы понимаете, получилось какое-то недоразумение. Дело в том, что Военный Совет армии принял решение и представил на эту должность подполковника Дубина. Видно, командующий войсками по каким-то причинам не успел рассмотреть наше решение. Я уверен, что оно будет удовлетворено. Поэтому считаю, что Вам не следует пока принимать полк. Лучше подождать.
- Товарищ генерал, я совершенно не намерен что-то ждать. Мне приказано сегодня прибыть в Мурманск и вступить в должность командира полка. Что я уже и делаю. Если командующий войсками округа изменит свое решение, я сдам полк тому, кому будет приказано.
- Смотрите! Я Вас предупредил, потому что не хотел, чтобы Вы оказались в смешном положении – только принял и тут же надо сдавать.
- Ничего, мы переносили и более сложные потрясения. Если у Вас нет ко мне никаких указаний, то я мог бы действовать.
- Да нет. Указаний никаких.
- Разрешите идти?
- Идите.
Варенников вышел. Но не подавленный, а злой. Что за ханжа? Что за манера разговаривать с новым, совершенно незнакомым офицером? Варенников прибыл к новому месту службы с надеждой, что поддержат, помогут, а здесь все наоборот.
Верно говорится: нам не дано предугадать. Через 20 лет Варенников встретился с Никитиным в Москве. Он был генерал-майором, преподавателем Военной академии имени М.В. Фрунзе, а Варенникова, генерал-полковника, назначили председателем Государственной экзаменационной комиссии по выпуску слушателей академии. В то время Варенников уже несколько лет командовал Прикарпатским военным округом. Начальником академии был генерал армии А. Родзиевский. Делая разбор деятельности профессорско-преподавательского состава академии, Варенников вглядывался в лица людей, участвовавших в этом совещании. И вдруг увидел Никитина. Он мало изменился. Очевидно, он почувствовал, что Варенников его узнал. Варенников закончил выступление, Родзиевский поблагодарил его за рекомендации, заявив при этом, что все они будут выполнены, после чего совещание завершилось и уже в вольной беседе с преподавателями, вместе с Алексеем Ивановичем отвечали на вопросы. Вдруг раздается голос Никитина:
- Алексей Иванович, а ведь генерал-полковник Варенников – это наш с Заполярья. Вот мы кого вырастили.
Алексей Иванович вопросительно посмотрел на Варенникова. Варенников вынужден был ответить:
- Да, было дело – мы с товарищем генералом служили на Севере.
Будучи умным человеком, Родзиевский понял, что ничего хорошего вспомнить о Никитине Варенников не может. На том их встреча и закончилась.
Ну, а в 1956-ом году после “любезной” беседы с временно исполняющим обязанности командующего 6-ой армией Варенников поехал в штаб дивизии. Командира дивизии генерал-майора Давиденко тоже на месте не оказалось – уехал в Москву учиться, за него остался начальник штаба дивизии полковник Крутских. В приемной сидел
лейтенант. Варенников попросил его доложить полковнику о нем. Лейтенант ушел за
283