292
завален таким лесом. Прикинув объем этих “залежей”, Варенников понял, что нашел “золотую жилу”. Однако теперь предстояло самое трудное – найти каналы реализации идеи.
Перво-наперво он поехал в горисполком к работникам, с которыми уже был в тесном контакте. Там он произнес пламенную речь:
- Товарищи, ну до чего мы дошли?! В Мурманске постоянно пребывает много иностранцев, особенно моряков. Они везде шляются и фотографируют не только достопримечательности, но и картинки, которые нас порочат. Возьмите берег залива, хотя бы в границах города. Ведь все завалено кругляком!
- Ну, а что мы сделаем? – услышал он ответ на свою тираду.
- Так мы можем помочь очистить берег хотя бы в границах города. Напишите только официальное письмо с просьбой – и мы будем действовать.
Выслушав в связи с этим тысячу благодарностей и получив буквально на следующий день такое письмо – просьбу горисполкома, Варенников стал действовать дальше. Теперь надо было найти пилораму. В городе свободной не нашлось. Пришлось обращаться к председателю колхоза в Мурмашах, что южнее города километрах в 25-ти.
- Вот, приехал познакомиться, проведать соседа, а заодно и поговорить о деле, - начал Варенников издалека.
- Оно-то хорошо, когда соседи в ладах, - степенно вторил ему председатель.
- Тем более богатые соседи, - в тон ему говорил Варенников.
Председатель с хитринкой покосился на Варенникова глазом. А затем они стали рассказывать друг о друге. Оказывается, председатель тоже воевал – здесь, в Заполярье. После ранения остался в этих краях, и вот уже 12 лет возглавляет колхоз. А до войны работал сантехником в Медвежьегорске, в Карелии. Здесь колхоз небольшой, но все есть. Народ доволен.
- А как со строительством? Дома колхозникам строите?
- А как же! Пока, правда, только деревянные, но скоро будем ставить и кирпичные. Кирпичный завод сделали. Хоть и плохонький, но свой. Беда с глиной. Нашли одно место, но там она уже кончается, да и качество не то…
- А деревянные избы из бруса или кругляка ставите?
- Так это дело вкуса. Из бруса вроде красивее, а из кругляка дом столетия будет жить, потому как бревна цельные, структура не порушена. Монолит! Надо только хорошо очистить от коры, чтобы не было гниения. А если бревна еще чем-нибудь смазать – так это вообще дом вечный.
- Столярку сами делаете?
- Ну, как же, как же. Все сами – и столярку, и половую доску, и брус, и вагонку-шалевочку. Есть и пила и строгальные станочки.
- Да это богатство. А как с лесом?
- У нас свой небольшой лесок. Но мы его бережем, а возим из Карелии. Дороговато, но внакладе не остаемся.
- А на сторону кому-нибудь пилите?
Председатель расхохотался.
- Ну, так бы и сказал, что тебе надо напилить… (они уже перешли на “ты”).
Естественно, его заразительный смех, а главное – “разоблачение” Варенникова заставили его расхохотаться тоже.
- Ты прав! Надо мне напилить досок, - переводя, наконец, дух, сказал Варенников.
- Много ли?
- Много.
- Да если много, то сложней. Но нашим защитникам надо помочь.
- А когда можно возить лес?
293
- Да хоть завтра! Чем раньше привезешь, тем раньше получишь доски.
- А с расчетом как?
- Как со всеми: пятьдесят на пятьдесят. Сто кубов привез – пятьдесят пилим тебе, а пятьдесят наши.
- Да ты что? Креста на тебе нет, - воскликнул Варенников. – Это грабеж среди белого дня. Побойся Бога. Хотя бы одну третью брал, ведь сам говоришь, защитникам надо помочь.
- Вот Бог и велит по справедливости поступать, – не сдавался председатель – хитроват.
- Мы вам пилим на этих условиях. И все довольны. Потому что справедливо. А что пильщики скажут, если я прикажу за работу брать треть леса? Они прямо скажут: председатель занимается махинациями. И никого потом не переубедишь.
- Да, ну, ты даешь! 50 процентов!
- Только так, дорогой сосед, и никаких торгов. Не нравится – поищи других. Но они предложат те же условия, если не хуже.
- Ну, ладно! По рукам!
Так Варенников начал большое дело, которое легло в основу всего его “предпринимательства”, без которого невозможно было вытащить полк из той ямы, в какую он попал.
Итак, договорившись с председателем о распиловке, Варенников вернулся в полк, вызвал начальника инженерной службы и командира саперной роты. Объявил им, что от них зависит спасение полка.
- Справитесь с этой задачей – оставите память навечно.
Обещая им всяческую помощь и защиту, если “обрушатся” старшие начальники.
* * *
А дальше события развивались так. На побережье работала команда, которая с помощью лошадей подтягивала добротные бревна к дороге, где все это грузилось на грузовики и отправлялось в Мурмаши на лесопилку. Инженер полка лично отвечал за учет.
На хозяйственной части территории полка отвели большой участок для хранения досок, обнеся его проволочным забором и выставив охрану, которая подчинялась только командиру полка и полковому инженеру. Сделали на эту территорию отдельный въезд. Система заработала, доски стали поступать. Заместители командира полка стали наседать на командира полка: что из этого каждому из них будет выделено, так как на стрельбище надо, и на караульное помещение надо, и на парк надо, и на склады надо. Всех предупредил: пока ничего не просить и вопросов не задавать. Все будет – дайте только срок. Спасибо председателю – хотя и содрал три шкуры, но и пилил в три смены.
Одновременно через деловых лиц в горисполкоме, в порту и других организациях Варенников пытался отыскать канал, по которому можно было бы сбыть доски, а на вырученные деньги купить тоже пилораму. Наконец, эта проблема была разрешена.
Купили “Колхозницу”. Эта пилорама брала бревна в 35 сантиметров, не больше. Установили ее на отведенной территории по всем правилам и тоже стали попиливать. Потом построили огромный цех из расчета еще на одну, но более крупную пилу. Своих планов относительно ее Варенников никому не рассказывал. И хотя заместители опять стали к нему подступаться – никому ничего не давал. Наконец, приобрели большую, на 75 сантиметров, пилораму, точно такую же, как у председателя. И работа закипела! Теперь они лес больше в колхоз не возили – сами все распиливали. Полкового инженера
294