Когда грязь вычистили, аккуратно кюветы обложили дерном, вдоль дорог посадили елочки, то общая картина и внутри городка повеселела. К тому же с первыми заморозками пригнали каток и, как следует, укатали главный плац. И хотя он был земляной, но им уже можно было пользоваться. Зная, что зимой в Кандалакше даже днем темно, Варенников решил, что надо сделать необходимое освещение. Сказано – сделано. И вот уже все дороги и дорожки в городке залились ярким освещением. Плац освещался дополнительно тремя рамами, в каждой – по шесть прожекторов. Их установили также с умом: один на казарме, другой – на штабе, третий – на парковом помещении. Когда включалось это освещение, то на плацу становилось также светло, как на освещенном ночью футбольном поле стадиона. Однако к этому прибегали только по необходимости. А в целом уже даже без капитального ремонта городок дышал теплом и уютом.
На плацу построили добротную трибуну. Каждый день на полковом разводе, встречаясь с личным составом, Варенников отмечал отличившихся. Например, вся саперная рота была выведена из строя полка и показана всему личному составу. С приказом по полку объявлялась благодарность за самоотверженный труд. В порядке поощрения вся рота получила возможность в этом году поочередно съездить домой в краткосрочный отпуск. Отмечались также лучшие по боевой подготовке офицеры, сержанты и солдаты. Ротам вручались наборы музыкальных инструментов – подарки шефов (а точнее, плата за труд солдат по разгрузке рыбы).
Полк постепенно подтягивался.
Вместе со штабом и начальником тыла командир полка набросал планы их действий с наступлением весны. Заранее заключили с ремонтными организациями соглашения, и по только им известным каналам сделали необходимую предоплату.
* * *
1956-ой год закончился. В полк позвонили с командой - проверить самих себя и подвести итоги. Это ставило Варенникова в сложное положение. В этом случае, какие бы оценки он ни поставил – старшая инстанция, если уже не скажет, то обязательно подумает, что оценки завышены или занижены. Но выход все же был. Проверки провели. Преобладали тройки, правда, по огневой и политической подготовке шли четверки.
Вскоре началась подготовка к новому учебному году. Пошла серия сборов разной категории. Командир дивизии решил проводить сборы командиров батальонов дивизии на базе стрельбища их полка. Это, конечно, налагало на полк Варенникова большую ответственность. Надо было хорошо подготовить занятия по тактике, огневой подготовке. Особое внимание уделили боевой подготовке учения с боевой стрельбой по теме: “Наступление стрелкового батальона усиленного минометной батареей и батареей САУ полка”. Задание оказалось сложным, но все получилось.
В общем, с задачей справились, и командир дивизии их отметил. Более того, они почувствовали, что он принял решение на будущее – все сборы и различные показные занятия проводить на базе их полка. Это, конечно, почетно, но было ясно, что жизнь и деятельность всего коллектива очень усложнится. Но это реальность и ее надо
воспринимать такой, какая она есть.
Задолго до весны, по решению командующего войсками Северного округа, командиров стрелковых полков собрали в два потока на два месяца на курсы по подготовке танковому делу. Варенников попал в поток. Кстати, туда попал и Николай Трегубов. Курсы были организованы на базе отдельного окружного учебно-танкового батальона, который дислоцировался под Медвежьегорском в Пиндушах. На сборах капитально изучали материальную часть танка Т-85, который должен был поступить на
296
вооружение стрелковых полков, занимались стрельбами и вождением этих боевых машин. Конечно, это было у многих дальновидное решение. Оказывается, инициатива принадлежала Г.К. Жукову.
Прошел зимний период обучения. Подвели итоги и стали готовиться к летней учебе. И наконец-то начали капитально ремонтировать все основные здания, строить современный спортзал и комбинат бытового обслуживания.
Для обеспечения условий для ремонта фактически вывели полк на стрельбище и в запасной район сосредоточения, расположенный рядом со стрельбищем, где тоже поставили одну сборнощитовую казарму для офицеров, а личному составу разбили палаточный городок. На зимних квартирах остались только ремонтно-строительные бригады полка. Центральный въезд в городок был закрыт, так как началось асфальтирование всех дорог, тротуаров и главного плаца полка. А к казармам сделали временный тыловой въезд.
Параллельно ремонтировались все здания и строились новые. Благодаря тому, что все заготовки были сделаны в прошлом году и в зиму с 56-го на 57-ой год, за четыре месяца все преобразилось.
В начале августа Варенников проходил далеко от Мурманска учения с одним из стрелковых батальонов. Неожиданно прибыл командующий войсками округа. Он посетил полки дивизии, затем – в Печенге. По рассказам начальника штаба полка, все прошло нормально, за исключением одного казуса. Осмотрев уже фактически готовую казарму, командующий, спускаясь по лестнице, потрогал на лестничной клетке оконную раму. Она была только вставлена в свой проем (все окна и двери заменили), но еще не закреплена. К всеобщему ужасу рама падает… на плечи командующего. Хорошо, что она не была еще застеклена. Генерал почертыхался и уехал.