- Понимаю. И приступил к подготовке повторной проверки.
- Правильно. Желаю удачи.
Через час по команде Варенникова собрался весь офицерский состав. Он коротко проинформировал заместителей командира полка. Начальнику штаба и заместителю технической части приказал составить график пользования батальонами и отдельными ротами объектами учебной материальной базы (стрельбищем, танкодромом, автодромом и т.д.), явиться к концу совещания и объявить этот график, чтобы уже завтра с утра приступить к подготовке по ускоренной программе, что они и сделали.
- Мы, несомненно, обязаны подтвердить свои оценки, а кое-где и приумножить, - сказал Варенников в конце совещания. – Особо необходимо сосредоточить усилия на огневой, тактической и политической подготовке, на вождении боевых машин, изучении материальной части, содержании техники и вооружения. В связи с этим расход боеприпасов, моторесурсов и горючего – не ограничивается. Личному составу следует разъяснить, что занятия проводятся с целью распространения передового опыта, а потому всем надо выложиться капитально.
После объявления графика пользования учебной базой офицеры разошлись, а командование полка собралось у Варенникова. Немного почертыхались, чтобы выпустить пар. Затем договорились, кто за что отвечает. Все отношения с комиссией только официальные и по уставу, никаких пререканий и поводов для взвинчивания обстановки.
Полку выпало на всю подготовку ровно четверо суток. Стреляли и водили боевые машины день и ночь, хотя ночи не было. К обеду четвертого дня Варенников дал команду занятия прекратить. Личный состав привести в полный порядок к строевому смотру и дать отдохнуть. К исходу дня прибыла комиссия на полковом ПОКе, поскольку районного парохода в тот день не было. Члены комиссии сумрачные, чем-то недовольные. Ни одного из прошлого состава не было замечено. Варенников доложил генералу, что полк готов к проверке. Генерал поздоровался, вяло пожал Варенникову руку и больше ничего не сказал. Начал вместе с прибывшими разглядывать с пирса, что находится вокруг. Какой-то “знаток” из их команды пояснял. Варенников не вмешивался, но, отозвав в сторону мичмана – командира катера, спросил:
- Как шли?
- Неважно. Только вышли из Кольского залива, как поднялся ветерок баллов пять и боковая волна, а штормового предупреждения не было. Вот нас и пошвыряло. Все лежали в лежку, еле дыша. Только когда в Мотовской залив вошли, то будто бы в рай попали. Все очухались, умылись. Я им чайку горячего – не отказались. Вот поэтому они, как мякина.
У пирса стоял газик и два автобуса. Председатель комиссии, уже окончательно адаптировавшись, зычным голосом, который соответствовал его званию, служебному положению и упитанной фигуре, повелительно бросил:
- Командир полка, нам надо ехать в штаб. Хватит прохлаждаться.
- Все готово. Но прежде чем двигаться, предлагаю поехать и устроиться со своим временным жилищем, а затем через полчаса-час, как прикажите, всем собраться в офицерском классе штаба полка. Размещение предлагается в двух помещениях. В гостинице со всеми удобствами на три человека – это у штаба полка. Остальные по одному-два человека в комнате, размещаются в школе.
- Утверждаю, - сухо молвил генерал.
Комиссия отправилась в поселок. Через час собрались в штабе. Генерал спросил своих подчиненных, как они устроились. Все сказали: все хорошо, проблем нет. Затем Варенников приступил к графику. Все однозначно сказали, что расписание оставить то, что было, а один из проверяющих полковников добавил:
- Коли мы перепроверяем, то надо не просто оставить прежнее расписание проверки, но и во всех подразделениях должны по соответствующим упражнениям
334