- Да маршал впервые ее видел, так же как и меня, и вопросы он задавал как местному работнику.
Этого Варенникову никто объяснить не мог, но то, что, кажется, на этот раз прошло, и первый день в основном прошел “без больших потерь”, принесло облегчение.
* * *
Маршал встретился со штабом руководства. Ему доложили, что дивизия выведена в исходное положение, всем участникам учения вручили необходимые документы, командир дивизии принял решение начать боевые действия и готов это решение доложить. После этого будут отданы распоряжения в войска, и начнется организаторская работа по подготовке частей дивизии к наступлению. Чуйков поехал на командный пункт дивизии заслушивать командиров дивизии.
Полковник Сергей Иванович Молокоедова в должности командира дивизии до начала учений был всего несколько недель. В этих условиях выйти на тактические учения, да плюс к тому – исследовательские, которыми руководит В.И. Чуйков – это очень сложное для командира предстояло испытание.
Чуйков спросил Молокоедова, готов ли он доложить свое решение, тот ответил утвердительно. Маршал разрешил докладывать. Сергей Иванович толково доложил сложившуюся обстановку, выводы, полученную задачу и приступил к изложению решения. Через некоторое время маршал вдруг задает командиру дивизии вопрос:
- Полковник, ты хочешь командовать дивизией?
- Так точно.
- Продолжай!
У всех присутствующих, в том числе у членов штаба руководства – круглые глаза. Все переглядываются, что-то шепчут друг другу, но никто не может понять, чем вызван такой вопрос – вопрос на грани: быть или не быть! Варенников тоже быстро-быстро перебирает в голове все, что уже было сказано. Сергеем Ивановичем, и не может с самых придирчивых позиций понять, где он сделал осечку.
А Молокоедов после такого удара сразу взмок, но все еще уверенно продолжает свой доклад. Минут через пять маршал опять обращается к Сергею Ивановичу:
- Полковник, я тебя вторично спрашиваю: ты хочешь командовать дивизией?
- Так точно, товарищ маршал Советского Союза, хочу!
- Продолжай.
Каждый раз, когда маршал говорил: “Продолжай”, все облегченно вздыхали, но так и не могли понять, где прокол. А маршал каждый раз опускал глаза в очках в свою тетрадь и что-то непрерывно писал. Со стороны можно было подумать, что он занимается совсем другим делом, фактически же он очень внимательно слушал докладчика. А тот – уже не красный, а совсем белый, мокрый – достал носовой платок, вытер лицо и шею, чтобы хоть как-то придти в себя после второго удара. Но не тут-то было. Через две-три минуты Чуйков, отбросив тетрадь, резко рявкнул:
- В конце концов, полковник, ты хочешь командовать дивизией или нет?
Все и всё замерло. Это конец. У Варенникова все похолодело: неужели Чуйков его снимет? Ведь человек только принял дивизию? Да и никакой крамолы в докладе полковника он не увидел.
А Сергей Иванович не сказал, а выдохнул:
- Хочу, товарищ маршал, хочу…
- Так если хочешь командовать, то почему у тебя морской десант высаживается раньше перехода главных сил дивизии в наступление? Мы с этим государством не в
361