* * *
Как-то зимой в дивизию нагрянула инспекция из армии. Старшим приезжает Ягленко. Большая часть комиссии во главе с ним отправляется в Печенгу, а часть остается в Мурманске для проверки местного гарнизона. Вообще-то это не столько была проверка, сколько оказание помощи, но весь ее ход – по почерку инспекции.
Началось со строевых смотров полков. Приехали в танковый полк. После определенного церемониала с выносом боевого знамени приступили к опросу личного состава – есть ли у кого жалобы и заявления. Обычно он проводится отдельно по категориям военнослужащих: вперед выходят старшие офицеры полка и стоят в одной шеренге, в нескольких шагах от них – младшие офицеры, остальной личный состав остается в строю на месте.
Закончив опрос старших офицеров, Ягленко начал обходить шеренгу младших. Варенников, естественно, рядом, тут же кадровик и представители разных служб. Дело подходило к концу, как вдруг им попадается старший лейтенант, которому уже за 40. Ягленко остановился и удивленно смотрит на него, а затем, чтобы как-то смягчить обстановку, говорит ему:
- Ну, я смотрю, ты карьерист!
- Так точно! Вся карьера из одной только ступени – взводный командир.
- Так, когда ты окончил училище?
- Как когда? Мы же Вами не только одно училище окончили, но и учились в одной роте. Вы что, меня не узнаете?
Старший лейтенант еще раз назвал свою фамилию и имя, Ягленко достал из кармана большой носовой платок и долго сморкался, вытирая заодно и глаза.
363
- Вот дела-то какие! Это же надо! Ну, а как это так получилось? – допытывался генерал.
- После училища четыре года войны. Потом попал на Украину. В одном полку прослужил долго, вдруг дивизию расформировали. У меня взвод был отличный. Переводят в другую дивизию. Пока там служил – хвалили. Потом кадровики говорят, что я долго служу на Украине – надо в Заполярье. Приехал в 67-ую стрелковую дивизию. Затем она стала 116-ая мотострелковая. Шесть лет отрубил – дивизию расформировали. И вот два года служу здесь.
- Но ты же знал, что я командую этой 131-ой дивизией?
- Конечно, знал.
- Почему же не пришел или не прислал письма?
- Да зачем приходить? Уже увольняться пора.
- Нет, нет! Мы хоть как-то это дело поправим.
Ясно, это был офицер из тех, которые тянут. Но пускай тянет.
После строевых смотров начались стрельбы. Естественно, зимой стрельбы шли в условиях полярной ночи. И вот Варенников с Ягленко на танковой директрисе. Танки стреляют по целям, которые обозначают себя мигающими огнями-имитаторами стрельбы. В очередном заезде один из экипажей, потеряв ориентировку, развернулся на 180 градусов и выстрелил из пушки по вышке, где стояло руководство. Выстрелил и попал! Снаряд прошил колонну и улетел в тыл. Хорошо, что стреляли практическими снарядами (то есть болванками) и никто не пострадал. Такое, к сожалению, бывает.
Генерал расстроился, прекратил стрельбы, распорядился перенести их на завтра и, забрав Варенникова, поехал в Печенгу. Полигон находился километрах в тридцати по дороге от Никеля и Заполярья.
* * *
Летом 1962-го года у Варенникова была первая встреча с Виктором Георгиевичем Куликовым, генерал-майором, первым заместителем командующего армией. Он заменил генерала В.И. Давиденко, которого перевели в центральный аппарат. Знакомство с генералом произошло при особых условиях. Варенников вернулся с полигона в Печенгу и, как всегда, зашел в оперативную группу узнать у дежурного – какие были звонки и возможные распоряжения.
Дело происходило в середине дня. Дежурный доложил, что позвонили из 16-го мотострелкового полка – туда на стрельбище приехал какой-то генерал и всех там разогнал. Это рядом с Печенгой, поэтому через пять минут Варенников уже был на стрельбище. Он знал, что в 10-ом полку, в связи с тем, что “пробили” главный кабель, сгорели два электромотора на подвижных целях и из-за этого и других неприятностей стрельбище закрыли на два дня для ремонтных работ и профилактики. Заместитель командира полка подполковник Малышев, ответственный за боевую подготовку и учебную материальную базу, лично руководил работами подразделений и ремонтных бригад, которые были для этой цели выделены командиром полка Смирновым.
Варенников приехал на полигон и видит такую картину: нигде не видно ни одного человека, кроме генерала и подполковника. Стоят они на расстоянии 15-20 метров друг от друга, генерал мечет гром и молнии, а подполковник, понурив голову, покорно их воспринимает. Варенников остановился, вышел из машины и приблизился на такое же расстояние, какое было у “собеседников”. Решил не перебивать генерала (это было бы нетактично), тем более речь у него была на подъеме, а представился в удобный момент. Он, конечно, видел, как Варенников подъехал и тем более как подошел, но делал вид, что
364