ароматный. А летом и осенью полно грибов, хоть коси, да различных ягод. Особенно много черники, морошки, голубики, клюквы, а брусника и зимой не опадает. Районами попадаются малинники.
Вот и сейчас: коль обед откладывается на неопределенное время, Варенников скомкал снежок в комочек и периодически побрасывал их себе в рот. Вот уже и голова лучше работает. Еще Суворов наш завещал: “Держи голову в холоде, живот – в голоде, а ноги – в тепле”. В общем, штабная тренировка продвигалась вперед. Словоохотливым генерал не был. Командующий войсками округа Козаков вообще молчал. Ну, этот периодически, не торопясь, задавал вопросы. Ему отвечали. Но он, как правило, своего отношения к этим ответам не высказывал, видно, резервировал для разбора.
Варенников невольно сравнивал, когда приезжал командарм Куликов, а до него – Лосик, то все имели возможность наговориться вволю. Но у каждого начальника свои методы. Нравится тебе или нет – изволь учитывать это обстоятельство. Служба есть служба. Но все это не означало, что надо подстраиваться под начальника. Отнюдь! Принимая во внимание все его особенности, следует высказывать только свое мнение и по обстановке, тем более, если потребуется доложить решение. А уж коли объявил его – добейся, чтобы оно было выполнено. Так воспитывались и подчиненные, особенно командиры полков. Мало того, они знали, что если доложил решение, а оно было воспринято молча, то надо действовать без оглядки и никогда не допытываться… Вы утверждаете или у Вас есть вопросы, замечания?.. Нет! Только вперед! Тактические учения, как и бой – это не академический курс, где можно дискутировать: правым флангом наносить удар или левым. Решение принято, объявлено – значит, все должно быть поставлено на всестороннее его обеспечение и проведение в жизнь.
Приблизительно так они действовали и на этот раз. Особых замечаний не получили. Где-то часов в 20.00 генерал сказал: “Вот теперь можно и пообедать”. И они, “наступая”, не дошли до Аллакурти километров 20-30. Им принесли в автобус еду. Они молча, но с аппетитом поели, попили чайку. Затем в штабном автобусе разобрали сложившуюся обстановку и генерал объявил “отбой”.
Приблизительно через час собрались командиры частей и начальники штабов. В течение часа генерал провел разбор. Отметил в лучшую сторону командиров полков Прокудина и Крапивина, а также похвалил штаб дивизии во главе с Дубиным. Поставил задачи.
Ночью они вернулись в Кандалакшу, и в эту же ночь генерал-полковник С.Л. Соколов уехал в 131-ую мотострелковую дивизию в Мурманск. Провожая группу на вокзале и прохаживаясь в ожидании поезда, Варенников почувствовал, что генерал стал уже менее официален, “ледок” подтаял и повеяло “миром”. Хотя и “войны” не было. Но официоз был.