Но вот уже и это происшествие забылось. Варенников ждал, что Главком в скором
времени появится в его армии. У него по плану как раз намечались дивизионные тактические учения с 10-ой Гвардейской танковой дивизией. Учения сложные, на большую глубину, с действиями на двух полигонах. Варенников как руководитель этого учения вместе со штабом руководства детально изучал все: и район выхода по тревоге, и все маршруты выдвижения, и условия действий на Альтенграбовском и Магдебургском полигонах. Но, не зная уровня подготовки войск, Варенников не представлял, как он справится с задачей.
Однако до этого как Варенников и предполагал, маршал в Альтенграбове (неподалеку от Магдебурга) прибыл посмотреть, как заканчивается строительство городка для учебного полка связи Группы. Варенникову позвонил Туронтаев: “Уже выехал, так что Вы торопитесь”.
Действительно, не успел еще Варенников в общих чертах разобраться в стройке, как появляется главнокомандующий, а за ним вереница машин со строителями и связистами-начальниками.
Встретив маршала Кошевого, Варенников представился, кратко доложил, чем занимаются войска армии, и попросил разрешения присутствовать.
- Да, Вам это будет полезно, - согласился маршал.
И вот, наконец, Варенников впервые увидел Петра Кирилловича Кошевого в действии. Он уже на плаце в принципе разобрал по косточкам весь военный городок (жилой фонд строился вместе с другими частями гарнизона). А потом осматривал учебный корпус, клуб, бытовой комбинат, столовую, парк стоянки боевых машин, каждую казарму, парк транспортных машин, пункт технического обслуживания, склады и т. д. Весь день он заглядывал буквально во все углы, проверяя, как работают все системы – электричество, отопление, вода и т. д. Не у каждого есть такая выдержка и терпение. Что интересно, этот городок возводили совместно строительное управление и квартирно-эксплуатационное управление Группы. Сложение сил позволило быстро и красиво построить все здания и городок в целом.
В итоге маршал был удовлетворен положением дел на стройке. Но когда во время осмотра ему попадался хоть малейший дефект, он устраивал разнос по высшему классу. В этот момент Кошевой напоминал Варенникову чем-то генерала Ягленко из Печенги. Внешне они были приблизительно схожи – небольшого роста, но крепкие, с непомерно большой головой и одутловатым лицом. Но что отличало Кошевого, так это его строительный жаргон. Он был просто неповторим.
- Ты почему (и далее следовало явно непарламентское выражение) не сделал то, что от тебя требовалось еще в прошлом месяце? – грозно вопрошал маршал.
- Не могу знать, товарищ главком, - мямлил провинившийся.
- То ест, как это - “не могу знать”? – еще более грозно спрашивал Кошевой. – А кто за тебя… должен знать?
- Не могу знать, товарищ главком…
- Да что это за полковник… Ни черта не знает! Где начальник КЭУ, где Козенко?
- Я здесь, товарищ главком, - вышел полковник такого же телосложения, как и Кошевой.
- Кому я приказывал в прошлый раз переделать отмостку у этой казармы?
- Мне, товарищ главком.
- Почему не выполнено?
- Разберусь, товарищ главком.
- Нет, вы посмотрите на него! Я говорю: почему не сделано то, что мною приказано месяц назад, а он – “Разберусь”. Нет, нет! Дальше терпеть нельзя. Веди меня к тому столбу, на котором я должен тебя повесить, - произнес маршал и, схватив полковника за
413
рукав кителя, буквально волоком потащил его за собой к ближайшему столбу. Конечно,
все понимали, что никого вешать не будут, однако продолжали подыгрывать маршалу:
- Товарищ главком, товарищ главком! – жалобно молил полковник.
- Ну что? Ну что? – остановился Кошевой.
- Товарищ главком, зачем же Вам меня вешать? Я уже знаю свою задачу, знаю, как ее выполнить…
- Но не выполняю! Так, что ли?
- Товарищ главком, на следующей неделе докладываю лично.
- Ладно, - смилостивился маршал, - даю последнюю возможность. Но смотри у меня!
Затем он всех отпустил, оставил Варенникова и начальника войск связи Группы войск.
- Вы оба должны постоянно следить, как выполняются все указания и устраняются недоделки. Командующий армией, как лицо ответственное за все на его территории, а начальник связи – как непосредственно заинтересованное лицо. Мой порученец, как всегда записывает все, что я говорил, и через пару дней он вам обоим такую справку даст. Все они, конечно, отличные труженики и незаменимые специалисты. Но задач для всех по Группе много, вот они и разрываются на части.
Понимая, очевидно, что Варенникову совершенно неясно: если они такие замечательные труженики и специалисты, то зачем их надо было так распинать, вплоть до “повешения”, главнокомандующий добавил:
- Славянин, он, как правило, везде идет верным путем. Но он только идет! А бывают такие периоды жизни, когда надо бежать. И вот, чтобы его побудить к этому, есть много способов. В том числе и тот, который вы сегодня видели. Я уверен, что все они уже побежали.
Потом, перейдя на другую тему, обращаясь к Варенникову, главком, не называя его ни по имени, ни по званию, ни по должности, спросил:
- У Вас в армии, кажется, скоро должно быть дивизионное учение?
- Так точно, товарищ главнокомандующий, с 10-ой Гвардейской танковой дивизией.
- Какая степень готовности?
- В основном все готово.
Не подавая руки, главком сказал: “До свидания”, и уехал. Генерал – начальник связи Группы войск улыбнулся:
- Я его, Валентин Иванович, знаю много лет. Он всегда вот так начинает с незнакомыми. А потом все нормализуется.
Поехав в Магдебург, Варенников сразу пошел к начальнику штаба армии. Хотя уже было поздно, он еще работал и ждал его возвращения.
- Ну, как? – встретил он Варенникова вопросом.
- Да вроде все обошлось нормально. Правда, строителям давал разгон. Но не это самое главное. Когда все закончилось, он поинтересовался у меня предстоящими учениями с Потсдамской дивизией.
- О, это говорит о многом. Он может поручить взять на контроль своим соратникам – генералу Говорову, как первому заместителю, или генералу Туронтаеву. И даже может прикатить собственной персоной. Надо быть на чеку.
Они договорились весь следующий день посвятить предстоящим учениям – завершить все, что не было сделано в штабе руководства и, естественно, разобраться о состоянии дивизии. Оказалось, что только один танковый полк вышел на Альтенграбовский полигон – на боевые стрельбы штатными снарядами и на вождение. Стрельбы проводились из боевой группы танков, а вождение – на базе учебно-боевой
414