“противника”, и тем более в дивизии, готовившейся к наступлению, все кипело. Ведь никогда не достает времени на то, чтобы выполнить все намеченное точно в срок.
Первой заговорила дальнобойная артиллерия. А за ней – все пошло-поехало.
И форсирование реки, в общем, получилось. Правда, не все обошлось гладко. Но так никогда и не бывает, тем более на войне. Однако изложенные Варенниковым позиции были в принципе выдержаны.
Вслед за первым эшелоном Эльбу форсировал командно-наблюдательный пункт командира дивизии вместе с генералом Кротом. Главком приказал, чтобы его по радио вызвали к нему на вышку. Когда генерал поднимался к главкому – уже был готов мост через Эльбу и по нему пошел танковый полк.
Все, как завороженные, смотрели на эту картину: танки на строго определенных дистанциях и на значительной скорости двигались по наплавному мосту так, что понтоны своей верхней кромкой под каждой машиной проседали чуть ли не до воды. Комдив нервничал. Но вот промчался последний танк, и все облегченно вздохнули. А до наплавного моста закончили перебрасывать на паромах танки полков первого эшелона и приступили к артиллерии.
Главнокомандующий мирно беседовал с командиром дивизии. У того от бессонных ночей легли темные круги вокруг глаз, щеки впали. Но как всегда, комдив был хорошо выбрит, докладывал четко. Убедившись, что учение развивается нормально, тем более что не произошло ни одного чрезвычайного происшествия, главком сказал Варенникову:
- Продолжайте, товарищ Варенников, учение по утвержденному плану. Правда, по срокам оно получилось побольше с учетом повторения эпизодов, - и вопросительно посмотрел на Варенникова.
- Товарищ главнокомандующий, - сказал Варенников, - Вы нам помогли – подняли дивизию за неделю раньше до начала учения, так что наши издержки полностью компенсируются.
- Верно, мы помогли, - засмеялся маршал. – Ну, хорошо. Учеба есть учеба. Продолжайте учения, а по завершении их позвоните и доложите.
* * *
Маршал Кошевой уехал, а у Варенникова осталось двойственное чувство: с одной стороны, Варенников нашел с ним контакт, а с другой – не был уверен в том, что он положительно отнесся к его методам. По всей вероятности, он Варенникову вроде бы поверил, но если так, то почему он все-таки держал своих “церберов” в войсках до последнего.
И все же в целом Варенников оценивал общую ситуацию положительно. И это придавало сил и уверенности.
Учение прошло нормально. Первый “блин” отнюдь “комом” не получился. Все вышло так, как надо, как хотелось. На разборе учений Варенников поставил дивизии хорошую оценку, но сделал оговорку:
- Конечно, если бы мы начали оценивать все, идя по пути первоначальных действий, то у нас был бы большой дефицит в баллах. Но поскольку в ходе учений части в целом научились умело организовывать и проводить различные боевые действия, я ставлю дивизии хорошую оценку. Уверен, что и в боевых условиях она выполнит свою задачу успешно.
Кстати, прежде чем делать разбор, Варенников позвонил главкому. Доложил об окончании учений, и сказал, что хотел бы знать его мнение и оценку. А главком Варенникову в ответ: “А Вы как думаете?”. Варенников понял, что даже в этом он его
420
проверяет. Конечно, Варенников изложил свою позицию, с которой потом выступал и перед офицерами дивизии на разборе. К его оценке главком отнесся одобрительно и
поинтересовался:
- Вы будете делать разбор на Магдебургском полигоне?
- Пожалуй, нет, - ответил Варенников. – Полагаю, что учения можно считать законченными, когда все и всё вернется в пункты постоянной дислокации. Да и сам разбор – это важнейший элемент подготовки офицерского состава. Сейчас офицеры устали, поэтому восприятие будет не таким, как хотелось бы. Вот вернутся к себе, отоспятся и на разбор придут со свежей головой. Тогда от него и толк будет.
- А все-таки когда разбор?
- Через трое суток после окончания учения. Сутки – для работы на маршрутах к границе и на рубежах, сутки – на возвращение в пункты постоянной дислокации – это более 250 километров и сутки – на подтягивание хвостов и приведение личного состава в порядок.
Главком согласился.
Но когда Варенников в Потсдаме в Доме офицеров дивизии делал разбор учений, внезапно приехал Туронтаев. Заметив удивление Варенникова, пояснил:
- Главком вызвал меня и говорит: “Поезжай – поприсутствуй. Тебе тоже изучать кадры”. Вот я и приехал изучать.
- Меня? – спросил Варенников.
- Разумеется.
Разбор хоть и длился долго, однако получился интересным, так как оказалось много замечательных примеров, характеризующих части и дивизию в целом. Отбросив всю шелуху, Варенников по-крупному сделал выводы, дал оценку, а в заключение наградил группу особо отличившихся офицеров.
Учитывая, что на разборе присутствовал начальник штаба Группы, Варенников обратил внимание на подготовку не только командиров и войск, но и штабов. Поблагодарил штаб руководства, офицеров Управления штаба Группы, которые вместе с главкомом оказывали помощь.
Когда все закончилось, и они с Владимиром Владимировичем Туронтаевым уже спокойно пили чай, он вдруг вспомнил, как Варенников благодарил офицеров, которые вместе с главкомом оказывали им помощь, рассмеялся и сказал:
- Представляю, как они Вам потрепали нервы.
- Знаете, Владимир Владимирович, скажу откровенно – я ожидал более сложной обстановки. Да и главком вел себя ровно. Правда, он меня капитально “пощупал” по плану подъема армии по тревоге и по плану проведения учений с 10-ой Гвардейской. Все остальное прошло мирно.
Туронтаев ответил:
- Думаю, что он уже кардинально изменил к Вам отношение. Раньше, до Вашего приезда, он проклинал всех начальников, особенно Главное управление кадров, приговаривая: “У нас в Группе полно своих отлично заслуженных генералов, которые будут успешно командовать армией, а мне выкопали какого-то с Заполярья – он там, кроме снега, ничего и не видел”. А позавчера захожу к нему в кабинет, а там полковник Козенко – начальник КЭУ группы. Главком говорит: “Ну, у тебя все? А как там со строительством городка для учебного полка связи в Альтенграбове? Вот как раз начальник штаба подошел”.
- Все идет к завершению, и командующий 3-ей армией подключился… – загадочно говорит Козенко.
Тогда Главком спрашивает:
- Что ты имеешь в виду?
421